Киберпанк: фильмы, книги, аниме и всё-всё-всё о жанре
«Высокие технологии и жалкая жизнь» — так метко определил суть этого жанра критик Гарднер Дозуа. Киберпанк — это жанр-предупреждение, истории о недалёком будущем, где цифровые технологии и виртуальная реальность лишь усугубили пороки общества. В чём-то авторы жанра оказались пророками — многие считают, что мы живём в мире победившего киберпанка. Во многом другом они попали пальцем в небо. А может, просто изменили будущее, предупредив нас, что прогресс без этики, законов и человечности ведёт лишь в холодные лапы Матрицы. Давайте вспомним главные книги, фильмы и другие произведения киберпанка.
10 файлов киберпанка
Мы живём в мире киберпанка?
Киберпанк-книги: 10 главных романов
Киберпанк-фильмы: 10 главных и ещё немного
Главные киберпанк-игры: от System Shock до Deus Ex
Лучшие киберпанк-настолки: от Netrunner до Shadowrun
Киберпанк-книги: 10 главных романов
Киберпанк зародился в литературе, а затем уже распространился на другие виды искусства и стал, пожалуй, самым масштабным явлением научной фантастики конца XX века. Правда, «чистый» киберпанк в виде остросоциальной НФ с сильным протестным зарядом просуществовал недолго. Но пришедший ему на смену более коммерческий посткиберпанк живёт и неплохо себя чувствует до сих пор.
Этот материал — часть нашего спецпроекта, посвящённого лучшим произведениям киберпанка. Кликните, чтобы почитать другие топы.
Предтеча
Главным предшественником киберпанка считается знаменитый роман Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» (1968), по которому Ридли Скотт снял фильм «Бегущий по лезвию».
Уильям Гибсон
«Нейромант» (1984)
Главный роман киберпанка, хотя многие его символы и образы Гибсон наметил ещё в вышедших ранее рассказах «Джонни Мнемоник» и «Сожжение Хром». Но именно «Нейромант» стал своеобразной библией нового субжанра, откуда черпали вдохновение другие авторы. При этом сюжетно Гибсон пороха не выдумал: «Нейромант» — вполне традиционный нуар про некогда крутого преступника, который пытается вновь заявить о себе. Гибсон просто перенёс действие в недалёкое будущее, населив его хакерами-«киберковбоями», клонами, корпоративными самураями, ИскИнами…
Увлекательный сюжет, герои «вне закона», терпкая атмосфера нуара, информационно-технологический антураж и жесткое неприятие мира тотального капитализма — вот отличительные черты и «Нейроманта», и всего классического киберпанка.
Об авторе
Уильям Гибсон. Отец киберпространства
«Отец киберпанка» написал не одну книгу о хакерах, но практически не знаком с современными технологиями. Сквозная нить всех его произведений — противостояние системы и личности, технологии и культуры.
Брюс Стерлинг
«Схизматрица» (1985)
Масштабное НФ-полотно, куда вместилось почти сто лет эволюции человечества. Люди переселились с Земли на орбитальные станции и астероиды. Эта новая среда обитания и называется Схизматрица, все винтики которой — отдельные цивилизации, непохожие на остальные.
Роман близок к классическому киберпанку прежде всего идейно — ведь сам субжанр возник с целью серьёзной реформы сложившейся к тому времени научной фантастики. Гибсон, Стерлинг, Бетке и их единомышленники жаждали «очистить» НФ от устаревших шаблонов. И «Схизматрица» действительно выглядит новым словом для фантастики тех лет.
Об авторе
Брюс Стерлинг. Киберпанк мёртв, а он ещё нет
Середина 1980-х для новейшей истории — эпоха во многом переломная, ключевая. На фоне перемен сам бог велел радикально реформировать литературу, в том числе жанровую. Тут-то из недр американского фэндома и возник Брюс Стерлинг…
Антология «Зеркальные очки» (1986)
Составленная Брюсом Стерлингом антология — манифест киберпанка как нового поджанра научной фантастики. Причём те из читателей, кто привык считать киберпанк исключительно историями «про компьютеры», будут изрядно шокированы многими текстами антологии. Ведь рассказов про футуристических хакеров и хищные корпорации здесь не так уж много.
Разгадка в том, что классический киберпанк 1980-х был тесно привязан к общекультурному контексту тех лет. И в дюжине рассказов, вошедших в антологию, этот контекст чётко просматривается.
Джордж Алек Эффинджер
«Когда под ногами бездна» (1987)
Первый и лучший роман из цикла о Мариде Одране, частном сыщике и авантюристе, который пытается выжить в «джунглях» футуристического мегаполиса. Одран — истинный герой киберпанка: он не просто балансирует на грани между законом и криминалом, а всем своим образом жизни бросает вызов обществу.
Удался Эффинджеру и облик серьёзно изменившегося будущего, в котором исламская культура вытеснила западную. Этот приём «замещения цивилизаций» в дальнейшем использовали многие авторы киберпанка.
Руди Рюкер
«Обеспечение» (1982–2000)
Тетралогия, первая книга которой, «Софт», вышла даже раньше «Нейроманта», — при этом начальный роман цикла ближе к историям Азимова про роботов. К киберпанку же и его разновидности, биопанку, Рюкер обратился в романе «Тело» (1988). И в этой книге, и в последующих, «Полная свобода» (1997) и «Реал» (2000), автор затронул практически все основные темы субжанра: от виртуальной реальности до неолуддизма, вызванного страхом человека перед засильем компьютерных технологий.
Отдельно стоит отметить крайне мерзкий антураж романов Рюкера: «панк» в виде разнообразных пороков и извращений захлёстывает читателя с головой.
Нил Стивенсон
«Лавина» (1992)
Классический период киберпанка миновал, и в начале девяностых появился посткиберпанк, чьё рождение ознаменовал культовый роман «Лавина». Нил Стивенсон описал балканизированное будущее, где огромную роль играет завлекательная виртуальная реальность — успешно соперничает с мрачным и безысходным материальным миром. Заявленная в «Лавине» агрессивная экспансия «виртуала» в обыденную жизнь стала одной из доминирующих тем всего посткиберпанка.
Джефф Нун «Вирт» (1993)
Брюс Бетке
«Интерфейсом об тейбл» (1995)
Когда-то Бетке придумал термин «киберпанк», сочинив рассказ под таким названием. Символично, что именно его роман считается реквиемом классическому киберпанку, который к середине девяностых уже выдохся. Писатель сочинил абсолютно киберпанковский роман про отвязных хакеров, которые бросают вызов и надоедливому государству, и любым навязанным обществом моральным нормам, и вообще всему и вся. «Интерфейсом об тейбл» — апофеоз многих идей и символов киберпанка и одновременно язвительная, остроумная и временами пошлая пародия на него.
Нил Стивенсон
«Алмазный век, или букварь для благородных девиц» (1995)
Интерактивный учебник для воспитания аристократок случайно попадает к бедной девочке Нелл, влияя на всю её дальнейшую жизнь…
Нил Стивенсон обрисовал мир нанопанковского «неовикторианства», балансирующий на грани утопии и антиутопии. С одной стороны — общество, где все имеют гарантированный минимум, позволяющий жить без забот. С другой — мир, «верхи» которого осознанно разрушают любые социальные лифты, чтобы лишить «низы» возможности изменить свою жизнь к лучшему. Естественно, возрождение сословного общественного устройства не может закончиться ничем хорошим…
Ричард Морган
«Видоизменённый углерод» (2002)
Первый роман цикла о межзвёздном наёмнике Такеси Коваче. В будущем земляне освоили другие планеты с помощью новой технологии: сознание «загружается» в модифицированное имплантами тело, находящееся на огромном расстоянии от изначального носителя. Наёмник Ковач прыгает из тела в тело, расследуя преступления…
Автор придумал высокотехнологичный, несправедливый и полный насилия мир, где богатые люди способны жить практически вечно. Цикл Моргана считается образцом «космического» посткиберпанка, и в ближайшее время мы увидим его экранизацию в виде сериала от Netflix.
Неизвестный киберпанк
Стоит упомянуть несколько заметных книг, которые до отечественного читателя пока так и не добрались.
К. У. Джетер «Доктор Аддер»
Именно с этой книги фактически начался киберпанк, хотя все лавры достались «Нейроманту». Джетер сочинил свой роман ещё в 1972-м, но напечатали его лишь в середине 1980-х — уж слишком много в книге было секса и насилия. По словам Филипа Дика, если бы «Доктор Аддер» вышел вовремя, влияние его на НФ было бы огромным.
Брюс Стерлинг «Острова в сети»
Роман 1988 года, в котором главный глашатай киберпанка показал мир, где разработка современных технологий и контроль над ними становится обязательным фактором геополитического могущества.
Даниэль Суарез «Демон»
Романы этой дилогии, «Демон» (2006) и «Свобода™» (2010), — нестандартный взгляд на изменение нашего мира под влиянием сетевых технологий.
Мир победившего киберпанка: 7 книг о недалеком будущем, от которых мороз по коже
Рассказываем, что почитать в ожидании релиза Cyberpunk 2077
В начале 1990-х все были уверены, что киберпанк мертв. Истории о противостоянии хакеров-одиночек и огромных корпораций уже не казались интересными, а основатели жанра предпочитали более актуальные темы. Однако с приходом нового тысячелетия стало очевидно, что будущее, предсказанное Уильямом Гибсоном, Брюсом Стерлингом и Филипом К. Диком, неизбежно становится настоящим. Мы уже живем в мире «high tech, low life»: пользуемся наработками в области ИИ и не можем провести ни дня без интернета. Возможно, именно поэтому самой ожидаемой компьютерной игрой последних лет стала Cyberpunk 2077 от CD Projekt RED.
Релиз красочной и жестокой RPG постоянно откладывается и теперь назначен на 10 декабря. Но примерить на себя роль напичканного киберимплантами наемника, рассекающего по неоновому мегаполису в поисках дарующего бессмертие устройства, можно уже сейчас. И помогут в этом современные романы в жанре киберпанк.
Падение, или Додж а Аду. Нил Стивенсон
Нилу Стивенсону удалось вернуть интерес читателей и критиков к практически утраченному литературному жанру. Его легендарную «Лавину» и «Алмазный век» часто называют первыми произведениями посткиберпанка, но фактически это все тот же киберпанк с его социальным неравенством и технологиями, которые только усугубляют деградацию общества. Стивенсон всегда с уважением отзывался о Гибсоне и Стерлинге и признавал их огромное влияние, но, в отличие от них, с юных лет отлично разбирался в компьютерах и долгое время общался с криптографами, разработчиками и хакерами.
Новый роман Стивенсона «Падение, или Додж в Аду», по словам самого автора, стал знаковым в его творчестве. Спустя 8 лет фантаст возвращается к истории Ричарда Фортраста по кличке Додж из «Вируса Reamde». Спустя годы после смерти Доджа, разбогатевшего на создании видеоигр, его сознание оцифровывают и помещают в «виртуальный рай» Битмир, пока еще живые люди остаются каждый в своем пузыре дополненной реальности и со всей тщательностью готовят мозг к «вечной жизни». Но ошибки имеют свойство накапливаться, и потому выжить в обоих мирах становится не так уж просто.
Дилер реальности. Николас Димитров
Еще один роман о цифровом бессмертии создал в 2019 году болгарский писатель Николас Димитров. Ирония автора о возможной «цифровизации» религии вызвала волну острой критики в России и Украине, а в Турции «Дилер реальности» даже был запрещен, однако эта деталь играет далеко не самую важную роль в сюжете романа.
Персонажи «Дилера» живут в Сингапуре будущего. Генетика, медицина и информационные технологии достигли немалых высот, но «красивая» жизнь доступна далеко не всем. Только самые обеспеченные люди могут наслаждаться новым цифровым наркотиком «Персональные Реальности», что фактически позволяет им осуществлять все свои желания. Всем прочим остается только слоняться по самым невзрачным районам мегаполиса в надежде на то, что подвернется хоть какая-то работа, пусть даже смертельно опасная или противозаконная. А главному герою, шпиону-фрилансеру Золтану Варго, предстоит выбраться из личного финансового тупика, разгадать главный секрет «Персональных Реальностей» и наконец понять, чем эта технология угрожает человечеству на самом деле.
Конец радуг. Вернор Виндж
Профессор математики и IT из Сан-Диего Вернор Виндж иногда делает долгие творческие паузы и заставляет читателей ждать выхода нового романа по нескольку лет, но зато результат его трудов крайне редко разочаровывает фанатов. В отличие от авторов «классического» киберпанка, Виндж не демонизирует искусственный интеллект — во многом потому, что сам приложил руку к его разработке. В большинстве случаев вас ждут герои, жизнь которых попросту невозможна без использования цифровых технологий.
Именно так и происходит в «Конце радуг», принесшем автору второй «Локус» и пятую премию «Хьюго». Перед нами предстает Калифорния 2025 года, буквально напичканная электроникой. Прошитая микросхемами одежда и контактные линзы позволяют ее жителям «настраивать» реальность под себя, постоянно «чатиться» в сети и работать в любой точке мира. Многие смертельные болезни теперь лечатся, а 70-летние старики, возвращенные к полноценной жизни, обучаются в специальных школах наравне с подростками. Читатель увидит этот мир глазами гениального ученого, поэта и довольно неприятного типа Роберта Гу, выжившего после тяжелой формы Альцгеймера. Вскоре после выздоровления Роберт поймет: с этим «новым дивным миром» что-то не так, а выживание человечества по-прежнему находится под вопросом.
Катастеризм. Альфина
Будни героев романа Александры «Альфины» Голубевой также наполнены технологиями недалекого будущего, но это ни капли не облегчает им жизнь.
Даня работает удаленно и, как ему кажется, способен продать кому угодно что угодно, но спасти своих пожилых родителей от смертельной болезни он не в силах. Ведь даже в мире, где можно распылить бахилы на ноги, воспользоваться всеми преимуществами развитых нейросетей и прокатиться на беспилотном автомобиле, чудодейственного лекарства пока не изобрели. Хотя, возможно, надежда все-таки есть, но ни у кого из персонажей этой истории не хватит терпения дойти до первоисточников информации и наконец разобраться, где правда, а где — дезинформация, где дружеский совет, а где — недобросовестная контекстная реклама. Они давно запутались в правилах, по которым живет огромный мир вокруг них, но даже себе не готовы в этом признаться.
Мусорный прибой. Чэнь Цюфань
Дебютный роман китайского фантаста Чэнь Цюфаня, номинированный на премию «Локус», в 2019 году наконец был переведен на русский язык. В нем ученик Лю Цысиня и один из сотрудников компании Google совмещает жанр киберпанка с экологической антиутопией.
Завтра вновь и вновь. Том Светерлич
Спустя год после выхода на русском языке «Исчезнувшего мира» отечественные читатели наконец дождались перевода дебютного романа Тома Светерлича «Завтра вновь и вновь», написанного на стыке жанров киберпанка и детектива.
Квантовый волшебник. Дерек Кюнскен
Канадский писатель Дерек Кюнскен закончил университет по специальности «молекулярная биология» и какое-то время занимался исследованиями в области генной инженерии. Его фантастические повести и рассказы не раз были отмечены премией читателей журнала «Азимов» и «Авророй», но и романы Кюнскена, на наш взгляд, заслуживают внимания любителей киберпанка.
Действие «Квантового волшебника» происходит в XXVI веке, когда человечество успело покорить несколько новых галактик и основать там множество государств. Это стало возможным благодаря сети таинственных «червоточин» в пространстве-времени. Люди научились не только создавать невероятные корабли для дальних полетов, но усовершенствовали свои познания в генетике, создав несколько искусственных рас. В команду главного героя Белизариуса, сбежавшего с родной планеты, войдут представители самых разных видов человека. Вместе они попытаются выполнить задание одного из клиентов Белизариуса, рискуя спровоцировать межзвездную войну и навсегда изменить мир.
Что такое киберпанк? Особенности жанра современной литературы
«Человечество падёт, не дождавшись восстания созданных им машин». Этим изречением можно охарактеризовать литературный жанр киберпанк. По сути, это научно-фантастическое направление современной литературы. Некоторые читатели путают этот жанр с Постапокалипсисом, но это диаметрально разные пути, хотя Постапокалипсис и может послужить фоновым оформлением для киберпанка.
Смысл киберпанка заключается в раскрытии морального облика человеческого общества на фоне развития высоких технологий. Жанр показывает деградацию личности индивидуумов, которые пользуются последними достижениями в области медицины, нанотехнологий, кибернетики, постепенно теряя собственное «Я».
Развитие виртуальной реальности
Человечество перестаёт осознавать грань между настоящей жизнью и иллюзией, генерированной умными машинами. Ещё одной опасностью для обитателей пространства «Киберпанк» является развитие искусственного интеллекта. Созданные человечеством машины начинают обретать собственный разум, проявляя агрессию к человечеству. Вживляемые в мозг чипы, киборги, нейроимпланты — это характерные явления для киберпанка.
Не стоит углубляться в историю и развитие этого литературного жанра. Препарируя жанр, как на операционном столе, изымая его внутренние составляющие, невозможно осознать его в полной мере. Кроме того, это уже сделали многочисленные поклонники киберпанка, переведя гигабайты информации в понятный обычному человеку письменный код. Остается только вбить запрос в поисковик, и можно получить любые сведения о вселенной Киберпанк.
В качестве примера можно рассмотреть пару рецензий (или отзывов), размещённых пользователями в Сети. Здесь суть киберпанка подана в настолько удобоваримой форме, что может привлечь новых поклонников к этому виду жанра. 
Фото: Depositphotos
Итак, загружаемся в виртуальное пространство…
Исходный файл: Зеро, № 1.
Уровень доступа: Всемирная База Данных. Первая степень. Свободный.
Искомый объект: Уильям Гибсон.
Исходный файл: «Нейромант».
… Загрузка…
Файл открыт.
Фантастический роман «Нейромант» может считаться первой вехой в развитии жанра киберпанк. Произведение было опубликовано в 1964 году, является номинантом нескольких престижных литературных премий.
Сюжет
События романа закручиваются вокруг патологически невезучего человека. Талантливый хакер, без труда взламывающий базы данных корпораций, которые осуществляют тотальный контроль над утилитарным обществом. Компании отслеживают реальную жизнь и виртуальное пространство. Хакер пытался бороться с таким положением вещей, но был вычислен. 
Фото: Источник
Противник не стал уничтожать его физически, месть была гораздо страшнее. Человеку вкололи препарат, разрушающий нейронные связи мозга. В результате хакер больше не может сливать своё сознание с виртуальной реальностью, соответственно, заниматься любимым делом. С этого момента начинается деградация личности: алкоголь, наркотики. Тело не выдерживает таких нагрузок и начинает разрушаться.
Это только завязка сюжета. Дальше будут имплантанты, киборгизация, чипирование… В общем, все достижения человечества в далёком будущем. Стоит отметить, что это весьма достойное произведение, способное увлечь надолго.
Исходный файл: Зеро, № 63.
Уровень доступа: Всемирная База Данных. Первая степень. Свободный.
Искомый объект: Морган Ричард.
Исходный файл: «Видоизменённый углерод».
… Загрузка…
Файл открыт.
В произведении описан мир, где отсутствует понятие смерти. Здесь может погибнуть только тело. Мысли, чувства, сознание, эмоции перезагружаются в другой носитель, и жизнь продолжается.
Сюжет
События романа развиваются в XXVII веке. Человечество давно выросло из колыбели Солнечной системы, активно развиваются кибернетика, нанотехнологии и нейрохирургия. Учёные научились отцифровывать сознание людей и хранить его на специальном носителе — видоизменённом углероде. 
Обложка книги «Altered Carbon»
Фото: ru.wikipedia.org
В центре сюжета — частный детектив, который занимается раскрытием криминальных преступлений в высокотехнологическом обществе. Книга читается на одном дыхании, а непредсказуемые повороты сюжетных линий не дают оторваться от страниц романа.
… Разрыв соединения. Пользователь покинул виртуальное пространство…
На этом экскурсию в мир киберпанка можно завершить. Стоит отметить, что книги этого жанра буквально пестрят научной терминологией, ведь целевая аудитория — это люди, знакомые с высокими технологиями.
Киберпанк 2020: как развивался жанр с появления до наших дней
Обычно в этом блоге появляются посты про наши конференции, но ничто айтишное нам не чуждо — и в эту пятницу, когда весь мир обсуждает Cyberpunk 2077, захотелось отвлечься.
Выход этой игры вызвал новый всплеск интереса ко всему жанру киберпанка, поэтому захотелось отрефлексировать: что произошло с жанром за всё время его существования? Как он взаимосвязан с IT, и как на нём сказалось развитие IT? Почему громких киберпанк-произведений так давно не появлялось?
Я люблю киберпанк уже почти двадцать лет (с тех пор, как в школе попался в руки журнал «Навигатор игрового мира» с текстом про него), когда-то зачитывался Уильямом Гибсоном — поэтому теперь захотел собрать воедино всё, что знаю и думаю по теме.
Что такое «киберпанк»?
Для начала надо определиться с терминологией. Что мы вообще понимаем под словом «киберпанк»? И тут мы сталкиваемся со сложностью: строгого определения нет, люди десятилетиями спорят, что является им и что не является.
Есть распространённое определение, которому вторит и Википедия: это субжанр фантастики с сочетанием «high tech, low life». Технологии стали более развиты, но счастья всем даром это не принесло. Наоборот, социальный договор сломался, и получился мрачный мир, где выживает сильнейший.
Определение хорошее, но всё-таки неполное. Например, киберпанк — это ещё и узнаваемая визуальная эстетика: урбанистические картинки, где в полутьме сияют вывески с иероглифами, и всё выглядит одновременно футуристичным и трущобным.
Эстетику иллюстрирует сайт cyberpunk.ru (не обновлявшийся уже 17 лет)
Интересно, что эту эстетику порой вспоминают при виде обычных спальных районов в формате «ночь, улица, фонарь, аптека»: вроде тут и особых технологических прорывов не видно, и социальный договор как-то по-новому не ломался, а слово всё равно так и вертится на языке:
Вот, например, киберпанк района Западное Дегунино
Думаю, есть и ещё одна важнейшая составляющая, которую часто забывают упомянуть (например, в словах «high tech, low life» про неё ничего напрямую не сказано): киберпанк плотно связан с IT.
Вот смотрите. Слова «high tech» означают вообще любые развитые технологии. И тогда, скажем, «Футурама» с её космическими полётами или «Довод» с поворотами времени вспять — это тоже про хайтек. Но никто не увязывает космос с киберпанком. С ним ассоциируются другие понятия, так или иначе связанные с компьютерами: «хакеры», «киберпространство», «виртуальная реальность», «искусственный интеллект». Его герои не бороздят космические просторы, зато часто сидят за клавиатурой (или подключены к виртуальным мирам напрямую, так что клавиатура уже не нужна). Они не в старой аналоговой фантастике с инопланетянами и механическими роботами, а в цифровой, где можно за пару секунд загрузить себе в голову навык пилотирования вертолёта.
По-моему, весь киберпанк возник как попытка человечества осмыслить компьютерную революцию. В 80-х было очевидно, что происходит что-то большое, и по всему миру на мониторах возникает новый мир, способный составить конкуренцию «реальному» — но совершенно непонятно было, к чему это приведёт. Что произошло в итоге спустя десятилетия, когда мы уже знаем, к чему привело? Давайте посмотрим на то, как это развивалось.
В 1982-м вышло сразу два основополагающих фильма, которые ещё не были полностью киберпанком в его нынешнем понимании, но многое для него сделали: «Бегущий по лезвию» (Blade Runner) и «Трон» (Tron). Ни один не оказался суперуспешным в кинопрокате, но оба стали культовыми и впоследствии на многое повлияли.
Один из самых известных кадров «Бегущего по лезвию»
«Бегущий по лезвию» довольно далеко ушёл от исходного романа Филипа Дика — и соединил фантастику с эстетикой нуар-фильмов, где никому нельзя верить. Получилось мрачное будущее, где автомобили научились летать, но приземляются они на тёмных улицах среди азиатских забегаловок. Все люди поудачливее уже сбежали с Земли, а оставшиеся живут в опустевших небоскрёбах, на стенах которых светится гигантская реклама. В этом мире, где не найти человеческого тепла, рассчитывать на историю с хеппи-эндом особо не приходится. Этими образами активно вдохновляются до сих пор — в том числе в «Cyberpunk 2077», где есть прямые отсылки.
«Трон» не был настолько мрачным, здесь сразу можно понять, что всё закончится хорошо. Но он важен в другом отношении. Во-первых, здесь заходила речь о взломе компьютерной системы, причём во имя благих целей, и возникал образ «хорошего хакера». (Стоит вспомнить, что слово «хакер» тогда вообще было лишено нынешних негативных коннотаций «взломщика-злоумышленника» и означало нечто вроде «компьютерный умелец».)
Во-вторых, здесь героя затягивало внутрь компьютерного мира. Стирание грани между реальным и виртуальным мирами — это позже на разный лад будет в «Матрице» и «Газонокосильщике», «Нирване» и «Лабиринте отражений». И хотя по сегодняшним меркам здешний виртуальный мир выглядит нарисованным в Paint, в нём есть свои яркие образы: сцена со световыми мотоциклами так запоминается, что из неё позже выросла отдельная игра Armagetron Advanced.
Годом позже, в 1983-м, возникает само слово «киберпанк» благодаря писателю Брюсу Бетке, назвавшему так свой рассказ. Он целенаправленно захотел соединить в одном слове два корня, первый из которых был бы про технологии, а второй — про подростковое наплевательство на правила. Его мысль была в том, что на смену хулиганам-байкерам должно прийти поколение бунтарей, владеющих компьютером с детства — и их родители совершенно не будут знать, что с ними делать.
В середине 80-х вообще происходит расцвет «книжного» киберпанка. Писатель Уильям Гибсон после рассказов вроде «Джонни Мнемоника» берётся за дебютный роман «Нейромант», и он становится главной киберпанк-книгой всех времён.
Я прочитал её в начале нулевых, когда ей было около 18 лет, и уже тогда её собирались экранизировать. С тех пор прошло ещё 18, а фильм так и не снят, но вроде бы по-прежнему собираются. Может, хоть хайп вокруг Cyberpunk 2077 на это сподвигнет? В любом случае, если «Бегущий по лезвию» был ещё «про андроидов», а не «про компьютеры», то вот тут IT-специфика развернулась во всю ширь: этот роман популяризировал слово «киберпространство».
А ещё в 80-х происходит заход на территорию с другой стороны. В Японии появляются «Акира» и «Призрак в доспехах», сначала в формате манги, а позже обе получат аниме-экранизации — тут возникает свой киберпанк.
Если в 80-х происходило становление жанра, а интересовалась им нишевая аудитория, то в 90-х жанр уже зрелый и более мейнстримовый.
Взять, например, фильм «Джонни Мнемоник» о человеке, который перевозит данные в своей голове.
Оригинальный рассказ Гибсона в 80-е читали гики, а вот экранизация 1995 года получила ощутимый бюджет и звёздного Киану Ривза, так что вышла на более широкую аудиторию, хоть и не понравилась критике. (Любопытная маленькая деталь: у героя Киану Ривза объём для хранения данных составлял 80 гигабайт, и тогда казалось, что это безумно много. А теперь Cyberpunk 2077, где в числе прочего есть новый персонаж Киану, требует скачать больше 100 гигабайт.)
В том же 1995-м вышли «Хакеры» с первой заметной ролью Анджелины Джоли. Они не оправдали кассовых ожиданий, но показали, что само слово «хакер» пришло в массы. И что массы однозначно увязывали его со взломом, а не просто с компьютерными способностями.
Но пик популяризации киберпанка — это 1999 год и «Матрица». Фильм об искусственной реальности осмыслял, кажется, сразу всё сделанное до него — узнаваемые зелёные символы позаимствовал из «Призрака в доспехах», на главную роль взял того же Киану. А в итоге стал и суперпопулярным (так что сейчас готовится к выходу уже третий сиквел), и культовым, и высоко оцененным критикой.
Любопытно, что в том же 1999-м появился ещё и «13-й этаж», где герой тоже с удивлением обнаруживает себя внутри виртуального мира, годом ранее их предвосхитил «Тёмный город», а ещё на год раньше Сергей Лукьяненко опубликовал «Лабиринт отражений». Вопрос о «настоящести» мира и способности заметить подмену в то время явно владел умами.
И параллельно жанр развивался как раз в «ненастоящих мирах» — компьютерных играх. На рубеже веков вышли две игры, которые связывают с киберпанком в первую очередь: System Shock 2 и Deus Ex.
Если уже поговорили о фильмах, книгах, аниме и играх — а бывает ли киберпанк-музыка? Сложно сказать, что это такое: понятно, что тут напрашивается электроника, но её есть много всякой, не всю же в киберпанк определять. Поэтому в первую очередь вспоминаются случаи, когда музыкант сам прямо обозначает связь — например, Билли Айдол, который сначала был просто панком без всяких кибер-приставок, в 1993-м выпустил концептуальный альбом «Cyberpunk». Но у меня лично с киберпанком ассоциируется в первую очередь альбом The Future Sound of London «Dead Cities» (1996). По-моему, вот так и должен звучать мир, который напичкан инновациями, но при этом разваливается.
XXI век
В 90-х жанр активно развивался — а вот потом как отрезало. За последние 20 лет мы не видели, кажется, ни одного по-настоящему значимого киберпанк-произведения. (Update: в комментариях неоднократно отметили сериал «Видоизменённый углерод» — каюсь, вот его не смотрел.)
Были сиквелы («Бегущий по лезвию 2049», «Призрак в доспехах 2», две «Матрицы»), ни один из которых не сравнился с оригиналом. Были какие-то фильмы, которые можно причислить к киберпанку со скрипом: «Википедия» включает туда «Район 9» и «Робота по имени Чаппи» Нила Бломкампа, где показана южноафриканская low life, но инопланетяне и роботы появились в фантастике задолго до 80-х и персональных компьютеров.
Можно ещё вспомнить, что в начале нулевых были заигрывания с компьютерной/хакерской тематикой у далёких от неё людей: году в 2001-м я увидел клип «Жора хакер» поп-певицы с псевдонимом «НАСТЯ.da.ru» и до сих пор пытаюсь отойти от него.
В 2010-х тему хакерства развивала игра Watch Dogs, тему искусственного интеллекта — фильмы «Her» и «Ex Machina», а пугать людей технологиями стал сериал «Чёрное зеркало». Но в связи с ними всеми слово «киберпанк» особо не звучало.
Так что, кажется, главное заявление за эти годы пришло не из кино или книг, а из автопрома. Cybertruck Илона Маска — это киберпанк-автомобиль во всём, начиная с названия и заканчивая тем, какие время и место выбрали для его премьеры («ноябрь 2019-го, Лос-Анджелес» — это вступительный титр из «Бегущего по лезвию»).
Зато, пока реальный киберпанк в дефиците, возникло ироничное ВК-сообщество «киберпанк, который мы заслужили» с примерами того, как технологии вписываются в наши реалии («уважаемые соседи, просьба не занимать место у дерева, я тут заряжаю электромобиль»).
В сообществе закреплена запись «Киберпанк умер. Не потому, что жанр плохой — наоборот, великий жанр, пророческий. Просто он перестал быть фантастикой. Мы уже живём в киберпанке. «High tech, low life» — это наша жизнь, все эти смартфоны и дополненная реальность вперемешку с жареным супом и отклеивающимися обоями».
А теперь вот у нас есть Cyberpunk 2077 — первое за долгое время большое высказывание. Но в обзорах замечают, что при всём масштабе оно вторичное: использует уже сложившийся киберпанк-канон, а не добавляет к нему что-то принципиально новое. Причём канон за эти годы успел устареть (появились те же смартфоны, толком не предсказанные в классическом киберпанке), а ему продолжают следовать. Получается уже не «будущее», а «будущее, каким его представляли в прошлом».
И аудитория воспринимает это соответственно. Если когда-то неоновые вывески ассоциировались с будущим, то теперь для людей это эстетика 80-х. Сейчас никто уже не считает, что хакеры завтра захватят весь мир — зато можно повспоминать времена, когда это казалось реальным. Отчасти на подобном основан музыкальный феномен vaporwave/synthwave, тоже переосмысляющий 80-е и использующий киберпанк-образы.
То есть, хотя в название Cyberpunk 2077 вынесен год из будущего, интерес людей к нему — это во многом ностальгия по прошлому.
Что всё это значит
Почему жанр, активно развивавшийся в XX веке, зачах в XXI? Могу ошибаться, но мне видятся следующие причины.
Во-первых, в 80-х было ясно, что развитие персональных компьютеров даст человечеству много нового, но было совершенно непонятно, что именно. И это давало богатую пищу для фантазии: можно было представлять любые виртуальные миры, неотличимые от настоящих, и в них легко было поверить. А сегодняшние новости уже не будоражат воображение. Переход Apple на ARM-процессоры — очень впечатляющая техническая работа, но не меняющая принципиально жизнь конечного пользователя. О каких новых киберпространствах мечтать в связи с ARM?
А во-вторых, я вижу принципиальное изменение в следующем. Чтобы эффективно пользоваться компьютером в 80-х, требовалось быть гиком-«хакером». Появились новые устройства, обещающие какие-то принципиально новые возможности (мгновенно общаться с людьми по всей планете!), но подвластны эти возможности только части людей. Это создавало вокруг них романтический флёр, возникал образ «всесильного хакера». И поэтому, скажем, в мире «Матрицы» ключевое умение — способность читать код. Главный герой, ещё находясь внутри Матрицы, связал свою жизнь с кодом, а потом вышел на новый уровень, научившись видеть код самой Матрицы. Даже номер его квартиры, 101, можно считать числом в двоичной системе.
Теперь же всё иначе. Главные возможности (вроде того же мгновенного общения) попали в руки всем и уже не требуют каких-то особых умений: бери да пиши в мессенджере, делов-то. Айтишник может получать root-права на телефоне, чтобы «выжимать из него больше», но с точки зрения простого пользователя что от рута изменится, кроме того, что «Сбербанк Онлайн» откажется работать? «Хакерство» и умение читать код стали чем-то вроде умений автомеханика: ну, круто разбираться в том, что под капотом, но большинство людей может спокойно ездить на машине и без этого, а когда что-то сломается, есть автосервисы. Где в чистке карбюратора романтика и будущее?
Интересно, что фильм 2018 года «Первому игроку приготовиться» по формальным критериям вроде как киберпанк. Развитие технологий? Да. Люди живут в трущобах? Да. Герой со шлемом на лице шляется по виртуальным мирам? Да. Почему тогда слово «киберпанк» к этому обычно не применяют? Помимо оптимистичности Спилберга, мне кажется, дело вот в этой разнице: герой не хакер, а геймер. Не программист, а пользователь. В настоящем мире VR сейчас тоже развивается и шлемы всё лучше, но купить и использовать Oculus Quest 2 может кто угодно, тут нет никакого хакерства — в чём тогда киберпанк?
Водораздел около 2000 года, после которого новый важный киберпанк перестал появляться — это, по-моему, массовое распространение интернета. Всё главное, что можно получить от компьютера, стало доступно рядовому пользователю, ничего не понимающему в номерах пойнтов FIDO. И можно прямо заметить, как вместо гиков осмыслять особенности интернета тогда принялись «обычные люди»: например, Земфира в 2002-м выпустила песню «Webgirl», где интернет играет важную роль для пользовательницы. А сегодня и такая песня не нужна — интернет стал слишком привычным и само собой разумеющимся.
В общем, Хабр, время нашей романтики прошло, теперь IT — не обещание удивительного будущего для избранных, а просто индустрия сродни любой другой.
Но мы можем в последний раз как следует прикоснуться к этой романтике, запустив Cyberpunk 2077.