Детей живыми сжигали в кочегарке: концлагерь Клоога в Эстонии
Особое место в лагерной системе Эстонии занимал концентрационный лагерь Клоога, получивший название по местечку, расположенному в сорока километрах от Таллина.
Условия заключения узников Клооги были так же невыносимы, как и в остальных нацистских концлагерях. Узники содержались в зданиях бывших казарм, не приспособленных к размещению в них людей. Распорядок дня был жестко нормирован. Дважды в течение дня — утром и вечером — проводились так называемые «аппели»: многочасовые проверки числа узников. Ежедневный паек состоял из 330 граммов хлеба, 25 граммов несъедобного маргарина, тарелки тюремной похлебки (вода и 40 граммов крупы), кружки «кофе». Однако даже эта «порция» по большей части разворовывалась охраной или функционерами лагерной «элиты». В некоторых свидетельствах отмечаются случаи покупки продуктов или получения нелегальной помощи от местного населения, которое проживало поблизости от концлагеря.
Издевательства над заключенными и их убийства имели место на протяжении всего существования концлагеря. Так, в концлагере применялось избиение заключенных нагайкой из бычьих жил с пропущенной через нее стальной проволокой.
Для этого наказания использовалась также специальная скамейка, к которой привязывали заключенного. Убийства узников уколами фенола практиковали лагерные врачи. Имеется свидетельство о рождении в лагере детей, которые практически сразу же уничтожались. Но апофеозом нацистской политики уничтожения стали последние дни существования концлагеря
Воспоминания оставшегося в живых заключенного Зайнтрауба, еврея из Вильнюса
«Каждая сотня имела своего мучителя. Особенно неистовствовали Штейнбергер (он бил лопатой и дубинкой по головам), Кароль и Дыбовский. Дыбовский однажды сломал ногу рабочему Леви. Кроме того в лагере был один эсэсовец, фамилии которого я не знаю.
Заключенные прозвали его «шестиногим»: его неизменно сопровождал большой волкодав, который вылавливал «преступников» — тех, кто спрятал хлеб или присел, чтобы отдохнуть. Собака набрасывалась на «преступника», рвала на нем одежду, кусала его и порой причиняла жестокие раны, а «шестиногий» от себя еще давал провинившемуся двадцать пять ударов нагайкой.
В лагере родилось несколько детей. По приказанию лагерфюрера их живыми бросили в кочегарку».
Наступление советских войск в Эстонии заставило нацистов эвакуировать часть заключенных концентрационных лагерей на запад для дальнейшей эксплуатации. Те же узники, которых нацисты не успевали или не желали эвакуировать, подлежали уничтожению. 19 сентября 1944 г. эсесовцы лагеря, усиленные прибывшим дополнительным отрядом из 30–35 человек, вместе с коллаборационистами 287-го эстонского полицейского батальона — около 110 человек, охранявших заключенных — организовали массовое уничтожение оставшихся в живых узников, причем не только Клооги, но и привезенных из других филиалов Вайвары.
Рано утром заключенные были выстроены на лагерном плацу, и руководство лагеря во главе с лагерфюрером Верле объявило им об эвакуации в Германию. В течение двух последующих часов эсэсовцами были отобраны наиболее физически крепкие мужчины (301 человек) якобы для подготовки к эвакуации. На самом деле узникам было дано задание готовить дрова и костры на близлежащей лесной поляне. В помощь заключенным было доставлено около 700 человек эстонцев, арестованных за уклонение от мобилизации в немецкую армию. За несколько часов узниками было построено четыре костра площадью 6×6,5 м на расстоянии четырех метров друг от друга. После того как костры были готовы, немцы приступили к массовому расстрелу заключенных.
Первыми были расстреляны рабочие бригады, готовившие костры. Эсэсовцы укладывали их лицом на землю и расстреливали выстрелами в затылок. Затем на трупы были положены бревна, а сверху вновь укладывали людей и вновь расстреливали их. В дальнейшем из лагеря конвоировали небольшие группы заключенных — по 30–50 человек — и уничтожали их тем же способом.
Я услышал, что немец вышел из барака, и хотел подняться. В это время немцы ввели еще двух заключенных. Я снова притворился мертвым. Этих двоих положили на меня и застрелили. Затем приводили все новых, всех клали в одну кучу — и убивали. Ввели ребенка — я услышал, как он закричал, — и в ту же минуту раздался выстрел. Умирающие стонали «мама» и хрипели. Наконец выстрелы прекратились».
И все же 84 заключенным разными способами удалось спастись и стать свидетелями произошедшего. Бывшие узники по нескольку суток находились в своих убежищах, боясь выйти, и все же дождались бойцов Красной армии
На месте концлагеря Клоога в Эстонии реабилитация нацизмаИсточник: Аристов С. В. Концентрационный лагерь Клоога: Центральный филиал в системы Вайвары // Вестник КГУ им. Некрасова. — 2016. — № 4. — С. 43–45
Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!
«Не на крысах, а на людях». Шесть свидетельств о медицинских экспериментах Третьего рейха
«Не на крысах, а на людях». Шесть свидетельств о медицинских экспериментах Третьего рейха
Студент 4 курса фармацевтическог о факультета ВГУ Илья Сафонов вернулся в Воронеж из польского города Освенцим. В качестве волонтера он разбирал показания узников концентрационног о лагеря Аушвиц-Биркенау, которые те давали красноармейцам при освобождении лагеря. Эти показания, записанные красноармейцами от руки со слов узников, хранятся в архивах польского Государственного музея Аушвиц-Биркенау. Копировать, фотографировать эти рукописи нельзя. Воронежский студент стал первым, кто скрупулезно, буква за буквой, смог разобрать спешный чернильный почерк советских воинов и преобразовал тексты в электронный формат. В таком виде показания стали доступны всему миру – для переводов на любой другой язык, для издания и использования в научных трудах.
Илья Сафонов
Показание 1. Известные немецкие фармкампании родом из химического производства на территории Освенцима.
Как рассказала руководитель Регионального центра устной истории Наталья Тимофеева, крупные фармакомпании Третьего рейха испытывали свои препараты на людях. На территории Освенцима находилось крупное производство концерна «Иг Фарбениндустри», который после капитуляции нацистской Германии ради сохранения активов и репутации, не без помощи западных союзников по антигитлеровской коалиции, был раздроблен на несколько новых фармкомпаний, в том числе хорошо известных сегодня «Басф», «Байер», «Хенкель». Но во время войны на строительстве и производстве одной из фабрик этого химического гиганта в лагере Аушвиц III работали заключенные.
— Исследования Ильи интересно связаны и с нашим городом. Ведь часть оборудования «ИГ Фарбениндустри» с территории Аушвица было вывезено после освобождения лагеря в Воронеж, это оборудование использовалось на заводе «СК», – отметила руководитель Наталья Тимофеева.
Показания 2, 3. Посылки «Красного креста» до узников не дошли. В Освенциме было отлажено уничтожение людей в промышленных масштабах.
– Советские военнопленные свидетельствовал и, что мало какая посылка с медикаментами и продовольствием «Красного креста» доходила до узников, все забирали эсэсовцы – охранники. Но я работал с показаниями не только русскоязычных узников, но также бельгийцев, чехов, поляков, которых советские офицеры расспрашивали через переводчика. Произвело впечатление показание польского заключенного, работавшего садовником в доме коменданта лагеря Рудольфа Гёсса – он пересказал красноармейцам разговоры Гёсса со своей женой и с другими эсесовцами о начале самой индустрии смерти – процессе уничтожения заключенных в промышленных объемах.
Прибытие эшелона с венгерскими евреями в Биркенау
Например, в показаниях я прочитал, что 10-й блок лагеря, предназначенный для медицинских экспериментов, имел наглухо закрытые окна. Перед ним располагалась расстрельная стена, где расстреливали поляков-подпольщ иков и советских военнопленных. Одну из камер тюремного блока заключенные называли «темной». В крохотную комнату с узкой щелью наружу помещали тридцать узников, и они постепенно умирали от удушья. Другая камера – метр на метр – была стоячей, через лаз снизу в нее после изнурительных работ загоняли пять человек, те должны были «отдыхать» стоя до рассвета, потом снова на работу, и снова в камеру, и так до гибели. В «голодной камере» узники содержались две недели без пищи и воды. К такой мучительной смерти эсэсовцы приговаривали заключенных, нарушивших, по их мнению, лагерный регламент.
Еще одно показание – о советских военнопленных, которых надзиратели отправили на работы в лес. Тридцать из них были уже совсем больны. Надзиратели приказали выкопать яму глубиной по плечи. Больных узников заставили встать в эту яму. Когда людей закопали так, что на поверхности оставались только головы, эсэсовцы пустили по ним лошадей. Так они развлекались. А вот «собственноручны е» расстрелы считались для них психической травмой и практиковались в индустрии смерти все реже.
Показание 4. Людей убивали инъекцией фенола в сердце.
Освенцим, Польша, после января 1945 года
Показание 5. С помощью гинекологических экспериментов нацисты пытались вывести «правильного человека».
Илья перевел в электронный формат и показания о гинекологических экспериментах доктора Клауберга. Он занимался массовой нехирургической стерилизацией женщин посредством рентгеновского облучения яичников. Такую стерилизацию испытывали на узницах, затем она должна была регулировать «размножение биоматериала» – евреек, цыганок, славянок и даже ариек, если те страдали алкоголизмом, наркоманией или психическими заболеваниями. Ведь одна из задач медицины Третьего рейха – селекция нового «правильного» человека.
– Я прочитал докладную записку доктора Клауберга, которую тот составил своему начальству. В ней он поясняет эффективность такого метода стерилизации, – рассказал Илья Сафонов.
А «правильных» арийских детей выращивали благодаря государственной программе «Лебенсборн». Этим занималась новая наука – евгеника.
– По этой программе создавались фешенебельные «Дома свиданий», где «чистейшие» арийки в шестом поколении встречались с эсэсовцами. Воодушевленных представительниц «высшей расы» привозили из разных стран Европы – участниц проекта оказалось достаточно. А вот для самих «правильных» детей, зачатых не в семье и не в любви, а в столь рациональной идее, все это потом стало сильной психологической травмой. Ребенком «Лебенсборна» оказалась, например, солистка группы ABBA, – добавила сотрудница Регионального центра устной истории Анна-Мария Карафизи.
Показание 6. Экстремальные возможности организма исследовали на близнецах.
В протоколах красноармейцев Илья нашел и показания об экспериментах доктора Менгеле. Он занимался биологическим исследованием заключенных карликов и близнецов. Во время лагерной селекции близнецов отбирали специально для лаборатории Менгеле. Одному из них вводили новый медицинский препарат. Потом умерщвляли обоих, вскрывали и делали сравнительный анализ реакции внутренних органов братьев.
– Также я прочитал свидетельства 16-летнего еврейского парня из СССР, – поделился Илья. – Сначала его с другими евреями загнали в специальный барак. Потом весь барак отправили в газовую камеру. А его с братом – в больничный блок, для забора крови. Каждый день объем забора крови планомерно увеличивался. Нацистские врачи исследовали, как работает организм в разных экстремальных условиях. Опыты также проводились в разработке лекарства против гангрены. Ведь самый эффективный способ фармакологическо го эксперимента – не на крысах или свиньях, а на людях.
А эти два парня дожили до освобождения чудом, просто не успели получить окончательную лабораторную «дозу» забора крови. В протоколах написано, что во время общения с красноармейцами они уже не могли вставать.
Контекст
«Я искал в рукописях факты медицинских и фармакологически х экспериментов»
Воронежские волонтеры вот уже десять лет остаются единственными россиянами, которые работает в музее Освенцима. Эту работу организовал Региональный центр устной истории, действующий в структуре Воронежского института высоких технологий.
Илья Сафонов в государственном музее Аушвиц-Биркенау стал первым волонтером-провизором. Как и другие молодые воронежцы – будущие юристы, педагоги, архитекторы – он смог провести исследования в архивах музея благодаря сотрудничеству с музеем воронежского Регионального центра устной истории.
Ранее во время открытия экспозиции государственного музея Аушвиц-Биркенау в Воронеже в апреле 2015 года заместитель директора музея Анджей Кацоржик отметил, что в России всемирно известное историческое учреждение сотрудничает только с Музеем Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве и с Региональным центром устной истории в Воронеже.
Врачи Третьего Рейха
Из письма бывшего заключённого В. Клинга от 4 апреля 1947 г. к фрейлейн Фровайн, сестре оберштурмфюрера СС Эрнста Фровайна, который с июля 1942 по март 1943 гг. был в концлагере Саксенхаузен заместителем первого лагерного врача, а позже — гауптштурмфюрером СС и адъютантом имперского руководителя медиков Конти (здесь и далее курсивом выдержки из книги “СС в действии”):
“То, что мой брат был эсэсовцем, не является его виной, его втянули. Он был хорошим немцем и хотел выполнить свой долг. Но никогда не мог он считать своим долгом участвовать в этих преступлениях, о которых мы узнали только теперь.”
Я верю в искренность Вашего ужаса и в не меньшую искренность Вашего негодования. С точки зрения реальных фактов следует констатировать: несомненно верно, что Ваш брат из организации гитлерюгенд, в которой он являлся активистом, был “втянут” в СС. Утверждение о его “невиновности” было бы справедливо только в том случае, если бы это произошло против его воли. Но это, конечно, было не так. Ваш брат был “национал-социалистом”. Субъективно он не был приспособленцем, а, напротив, был убежден, конечно, в правильности своих идей и действий. Он мыслил и действовал так, как мыслили и действовали в Германии сотни тысяч людей его поколения и его происхождения.”…” Он был неплохим хирургом и любил свою специальность. Он обладал также качеством, которое в Германии — из-за его редкости среди носивших форму — называли “гражданским мужеством”. “…”
Я читал в его глазах и слышал из его уст о том, что впечатление, которое на него произвели эти люди, сначала привело его в смятение. Все они были более интеллигентными, относились друг к другу более товарищески, зачастую в страшно тяжелом положении проявляли себя более мужественными, нежели окружавшие его пропойцы — эсэсовцы. “…” В заключённом он видел — “в частном порядке” — “доброго малого”.”…” Было ясно, что за этой гранью преданный своему “фюреру” и своим руководителям офицер СС Фровайн отбросил бы деликатность. Здесь наступало раздвоение сознания.”…”
Кто надевал эсэсовский мундир, тот записывался в преступники. Он прятал и душил всё человеческое, что когда-то в нём было. Для оберштурмфюрера Фровайна эта неприятная сторона его деятельности как раз и была “долгом”. Это был долг не только “хорошего”, но и “лучшего” немца, ибо последний состоял в СС.
Так как опыты на животных не дают возможности получить достаточно полную оценку, эксперименты должны быть проведены на людях.
В октябре 1941 г. в Бухенвальде создаётся блок 46 с названием “Испытательная станция по сыпному тифу. Отделение по исследованию сыпного тифа и вирусов» под руководством Института гигиены войск СС в Берлине. В период с 1942 по 1945 гг. для этих экспериментов было использовано более 1000 заключённых, не только из лагеря Бухенвальд, но и из других мест. До прибытия в блок 46 никто не знал, что они станут подопытными лицами. Отборы для экспериментов проводились согласно заявке, направлявшейся в бюро коменданта лагеря, а исполнение передавали лагерному врачу.
Вакцины, использовавшиеся германской армией, производились не только в блоке 46, но получались из Италии, Дании, Румынии, Франции и Польши. Здоровые заключённые, физическое состояние которых посредством специального питания доводилось до физического уровня солдата вермахта, применялись для определения действенности различных сыпнотифозных вакцин. Все подопытные лица делились на контрольные и подопытные объекты. Подопытным объектам делали прививки, а контрольным объектам, напротив, прививок не делали. Затем все объекты по соответствующему эксперименту подвергались внедрению тифозных бацилл различными способами: их вводили подкожно, внутримышечно, внутривенно и скарификационно. Определялась инфицирующая доза, которая могла вызвать у подопытного развитие инфекции.
В блоке 46 висели большие доски, где велись таблицы, на которые вносились результаты серий опытов с различными вакцинами и температурные кривые, по которым можно было проследить, как развивалась болезнь и насколько вакцина могла сдержать её развитие. На каждого заводилась история болезни.
Через четырнадцать дней (максимальный инкубационный период) люди из контрольной группы умирали. Заключённые, которым были сделаны различные предохранительные прививки, умирали в различные сроки в зависимости от качества самих вакцин. Как только эксперимент можно было считать завершённым, оставшиеся в живых, в соответствии с традицией блока 46, ликвидировались обычным способом ликвидации в лагере Бухенвальд —путём укола 10 см³ фенола в область сердца.
В Освенциме проводились опыты для определения существования природного иммунитета против туберкулёза, разработки вакцин, практиковалось проведение химиопрофилактики такими препаратами, как нитроакридин и рутеноль (комбинация первого препарата с сильнодействующей мышьяковой кислотой). Испробовался такой метод, как создание искусственного пневмоторакса. В Нойегамме некий доктор Курт Хейсмайер стремился опровергнуть, что туберкулёз был инфекционным заболеванием, утверждая, что только “изнеможденный” организм был восприимчив к такой инфекции и больше всего восприимчивость была у “расово низшего организма евреев”. Двумстам испытуемым вводились живые микобактерии туберкулёза в лёгкие, а у двадцати еврейских детей, заражённых туберкулёзом, были удалены подмышечные лимфатические узлы для их гистологического исследования, что оставляло уродующие шрамы.
Проблему с эпидемиями туберкулёза нацисты решали радикально: с мая 1942 по январь 1944 гг. все поляки, у которых обнаруживались открытые и неизлечимые, по решению официальной комиссии, формы туберкулёза, были изолированы или убиты под предлогом защиты здоровья немцев в Польше.
Примерно с февраля 1942 до апреля 1945 гг. в Дахау исследовали методы лечения малярии на более чем 1000 заключённых. Здоровые заключённые в специальных помещениях подвергались укусам заражённых комаров или инъекциям экстракта слюнных желез комаров. Доктор Клаус Шиллинг надеялся таким образом создать вакцину от малярии. Исследовался противопротозойный препарат акрихин.
Подобные опыты проводились и с другими инфекционными заболеваниями, такими как жёлтая лихорадка (в Заксенхаузене), оспа, паратиф А и Б, холера и дифтерия.
Активное участие в экспериментах принимали промышленные концерны того времени. Из них особую роль сыграл немецкий концерн IG Farben (одной из дочерних компаний которого является ныне существующая фармацевтическая компания Bayer). Научные представители данного концерна выезжали в концентрационные лагеря для проверки эффективности новых видов своей продукции. Также IG Farben производила в годы войны табун, зарин и Циклон Б, который в основном (около 95%) применялся для дезинсекционных целей (ликвидации вшей — переносчиков многих инфекционных заболеваний, того же тифа), но это не мешало его использовать и для уничтожения в газовых камерах.
Отравление фенолом
Отравление фенолом — это острая или хроническая интоксикация, спровоцированная вдыханием паров вещества, его мелкой пыли, образующейся при конденсировании испарений, а также попаданием токсиканта на кожу. Симптомы зависят от разновидности соединения. Наиболее распространенные признаки – кашель, головокружение, ожоги дыхательных путей, судороги. Патология диагностируется на основании анамнеза и клинической картины. Токсико-химическое исследование неинформативно. Лечение включает обработку кожи 40% этанолом, введение тиосульфата натрия, щелочные ингаляции. При пероральных поражениях показано промывание желудка взвесью активированного угля.
МКБ-10
Общие сведения
Причины
Патогенез
Воздействие фенолов на организм многогранно, зависит от пути поступления яда, времени воздействия и частоты контакта с отравляющим веществом. При регулярном вдыхании паров возникает патологическое полнокровие внутренних органов, их воспалительная инфильтрация. Вокруг сосудов образуются участки кровоизлияний. В первую очередь поражению подвергаются легкие, далее – печень и почки. Выявляется протеинурия, метаболический ацидоз. Сердце и селезенка страдают меньше других структур.
Острое ингаляционное отравление фенолом характеризуется формированием отека и гиперемии верхних дыхательных путей. Определяется механическая обструкция, которую сопровождают признаки респираторной недостаточности различной степени. Тяжелые случаи заканчиваются токсическим отеком легких. Отмечается первоначальное возбуждение дыхательного центра с последующим его угнетением. Нейротропное влияние ксенобиотика проявляется судорогами, нарушением координации.
При попадании карболовой кислоты на кожу выявляются симптомы химического ожога. Их тяжесть зависит не только от концентрации раствора, но и от времени его экспозиции. Даже 2-3% состав способен спровоцировать гангрену, если он не был удален на протяжении 2-3 часов. 70-80% средства обжигают ткани практически моментально. Когда жидкие формы яда или его кристаллы попадают в желудок, образуются изъязвления, развивается воспалительный процесс. Возможны кровотечения. Картина напоминает таковую при отравлении прижигающими жидкостями.
Классификация
Деление может производиться по типу отравляющего компонента (одноатомные, многоатомные, хлорированные), по причинам, вызвавшим отравление фенолом (производственные, алиментарные, ятрогенные), по путям поступления яда (ингаляционные, пероральные, трансдермальные). Значимой считается классификация по степени тяжести. Различают следующие уровни химического поражения:
Симптомы отравления фенолом
Отравление перорального типа провоцирует такие признаки, как интенсивное жжение во рту и глотке непосредственно после употребления яда, абдоминалгии, мышечная слабость, цианоз кожи. При приеме концентрированных растворов выявляются подтеки темного цвета на губах, подбородке. Позднее развивается диарея, рвота с примесью крови, психомоторное возбуждение, клоническое сокращение мыщц. При тяжелых поражениях обнаруживается угнетение ЦНС, кома, критическое снижение артериального давления, централизация кровообращения и другие симптомы экзотоксического шока.
Ингаляционные травмы характеризуются клиникой механической асфиксии. Пациент бледен, испуган, покрыт липким холодным потом, беспокоен. Отмечается повышенная двигательная активность. При осмотре – генерализованный цианоз, включение в процесс дыхания вспомогательной мускулатуры, трепетание крыльев носа. Видимые слизистые рта и горла отечны, гиперемированы. Общие симптомы – резкая головная боль, головокружение, нарушение координации, ощущение удушья. В тяжелых случаях наблюдается кома, рефлекторная остановка дыхания, судороги.
Чрескожное отравление фенолом приводит к возникновению химического ожога. На месте контакта кожа становится морщинистой, бледной, через несколько дней слущивается. Пострадавший жалуется на ощущение жжения, покалывания, онемение поврежденного участка. При поражении большой зоны обнаруживаются общие явления: гемолиз эритроцитов, увеличение гематокрита, нарушение функции систем экскреции. Развивается кратковременное повышение температуры тела, гиперкинезы, изменения со стороны сердца, респираторного аппарата.
Хронические интоксикации проявляются тошнотой по утрам, потливостью, снижением мышечного тонуса. Возникают жалобы на нестабильность психики, раздражительность, бессонницу. У части больных присутствует кожный зуд, слюнотечение. 95% пострадавших отмечают появление сухого кашля, особенно выраженного на протяжении рабочего дня. Возможно развитие анемии, концентрического сужения поля зрения на красный цвет, болей в подложечной области. У 40% людей отмечается чувство сердцебиения, одышка.
Осложнения
Ранним осложнением при преимущественном поражении дыхательного аппарата считается токсический альвеолярный отек легких. Он выявляется у 50% пострадавших с острой формой болезни. Механическая асфиксия обычно встречается у детей дошкольного возраста, что обусловлено малым диаметром воздухоносного тракта. Подобные ситуации единичны. Распространенное отсроченное последствие – пневмония, которая диагностируется в 30-35% случаев ингаляционной травмы. Обнаруживается после тяжелых отравлений, сопровождающихся пульмональным отеком.
На фоне перорального приема фенолов может возникать перфорация ЖКТ (2-3%), кровотечения (7-10%), септический процесс (14-15%). На поздних стадиях заживления формируются участки стеноза пищевода, что затрудняет прохождение твердой пищи и требует хирургической коррекции. На фоне длительного тактильного контакта с фенолами у 8-10% пациентов образуются участки глубокого некроза тканей. Возможно формирование гангрены. При поражении более чем 25% поверхности тела развивается полиорганная недостаточность.
Диагностика
Постановкой диагноза занимается врач скорой помощи, прибывший на место происшествия. Большое значение имеет информация, полученная в ходе опроса пострадавшего и свидетелей. Клиническая картина не всегда позволяет точно определить, каким именно веществом спровоцированы имеющиеся симптомы, подтверждение производят в стационаре. Требуется осмотр токсиколога, невролога. При тяжелых формах патологии назначается консультация реаниматолога. Применяются следующие методы обследования:
Дифференциальная диагностика производится с интоксикацией ядами, обладающими сходным влиянием. Следует исключить поражение кислотами и иными веществами прижигающего действия (концентрированные щелочи, окислители). На догоспитальном этапе это делается по результатам опроса очевидцев и осмотра места происшествия, по запаху фенола (напоминает гуашь), исходящему от больного. В условиях лечебного учреждения основанием для постановки окончательного диагноза служат результаты комплексного обследования.
Лечение отравления фенолом
Интоксикация средней и тяжелой степени требует госпитализации пострадавшего. Помощь пациентам с легкими отравлениями допустимо оказывать амбулаторно. До приезда медиков человека следует эвакуировать из зоны загрязнения, обеспечить приток воздуха, расстегнуть стесняющую одежду, уложить с приподнятым головным концом. Если произошла утрата сознания, нужно приподнять ноги, а голову опустить на один уровень с телом. Загрязненную одежду необходимо удалить, участки кожи, контактировавшие с ядом, протереть водкой.
Первая помощь
Для связывания токсиканта бригадами скорой помощи применяется тиосульфат натрия в дозе 8-10 мл. Метод введения внутривенный. На ДГЭ рекомендованы щелочные ингаляции, теплое молоко для питья. Пероральное отравление фенолом – показание для промывания желудка. В качестве рабочего раствора используется взвесь активированного угля или жженая магнезия, иногда – сернокислый натрий. Процедуру проводят до чистых вод и исчезновения запаха ксенобиотика, затем больному дают выпить касторовое масло или сырое яйцо.
Дальнейшая терапия осуществляется с учетом симптоматики. При значимом угнетении дыхания необходима однократная попытка интубации трахеи, при неудаче следует перейти к коникотомии. Установка ларенгеальной маски на фоне отека респираторного тракта не рекомендована. Умеренное снижение АД требует вливания кордиамина, кофеина, падение показателей ниже 90/60 – показание для капельного введения допамина, плазмозамещающих растворов. Судороги и психическое возбуждение купируют с помощью реланиума.
Стационарное лечение
Пациенту показан щелочной форсированный диурез, объемная инфузионная терапия. При этом следует тщательно контролировать объем введенной и выведенной жидкости. Обезболивание при ожогах ЖКТ производят с помощью наркотических анальгетиков. Травмы кожи обычно допускают использование нерецептурных обезболивающих препаратов. Производится вливание антигистаминных, противовоспалительных, седативных медикаментов, спазмолитиков. С целью профилактики пневмонии назначаются антибиотики группы цефалоспоринов.
Хирургические методы
Применяются при пероральных и трансдермальных отравлениях. Симптомы желудочного кровотечения требуют экстренной лечебно-диагностической гастроскопии. Во время процедуры очаг геморрагии прижигается нитратом серебра или обкалывается адреналином. Если присутствуют признаки перфорации, больного транспортируют в операционную для открытой лапаротомии и ушивания повреждений. Хирургический способ лечения обструкции ВДП – наложение трахеостомы. Операция заключается в формировании искусственного свища на трахее с последующей установкой дыхательной трубки.
При глубоких повреждениях кожи хирург резецирует некротизированные и инфицированные ткани, производит тщательный гемостаз. При развитии гангрены может потребоваться удаление травмированной конечности. Пациентам, страдающим стенозом пищевода, необходимо бужирование – операция, позволяющая восстановить проходимость ЖКТ и вернуть возможность принимать твердую пищу. Реконструктивные вмешательства проводятся на поздних сроках, после полного заживления ожоговых ран.
Прогноз и профилактика
Отравление фенолом имеет благоприятный прогноз, если полученная доза яда не превышает половины летальной. Шансы пострадавшего на жизнь резко снижаются на фоне пульмонального отека, полиорганной недостаточности, внутренних кровотечений. Опасность полной обструкции трахеи максимально высока среди детей младше 5-7 лет. У работников предприятий, часто контактирующих с фенолом, повышается риск возникновения злокачественных опухолей, сердечной недостаточности, бесплодия.
Профилактика включает использование противогазов марки А при нахождении на участках, загрязненных парами фенола. При распылении аэрозоля следует применять дополнительный фильтр или респиратор «Лепесток 200». Необходима защитная одежда – прорезиненный фартук, перчатки, костюмы химзащиты. Недопустима обработка больших поверхностей кожи карболовой кислотой в качестве антисептика. В пищу рекомендуется употреблять экологически чистые продукты и воду. Отравление фенолом и признаки общего ухудшения самочувствия являются поводом для обращения за медицинской помощью.