`Ты прикалываешься?`, `По-любому` и еще 8 выражений для неформального общения
Общаясь на родном языке с близкими, знакомыми и друзьями, мы привыкли использовать определенный набор неформальных, сленговых фраз.
В этом материале я познакомлю вас с разговорными оборотами на английском, которые максимально соответствуют тем выражениям, которые мы привыкли вставлять в свою речь. Отдельно обращаю ваше внимание на то, что все эти фразы следует сразу запоминать с пометкой INFORMAL : они хороши для общения и переписок с друзьями, но не подходят для многих других, более формальных, ситуаций коммуникации.
1. Ты прикалываешься? – Are you kidding me?
Kid – это не только «ребенок» на английском, но еще и глагол со значением «пошутить, подшутить», что-то близкое к нашему «прикалываться». Очень часто глагол to kid можно встретить в «инговой» форме, в Present Continuous и Past Continuous, потому что он используется в речи, когда люди реагируют на какое-то сообщение здесь и сейчас.
В каких ситуациях использовать:
1.Реакция на неожиданную информацию, в которую сложно поверить и сложно принять:
Has Tom got that job? You must me kidding! – Том получил ту работу? Ты, наверное, шутишь.
You want me to cook dinner? You’ve got to be kidding me! – Ты хочешь, чтобы я приготовил ужин? Ты что, прикалываешься?
2. Для выражения удивления, причем степень удивления будет зависеть от вашей интонации:
3. Чтобы разрядить обстановку, в качестве шутки (just kidding):
4. И наоборот, чтобы сообщить, что не до шуток, информация серьезная и правдивая (No kidding или I kid you not):
No kidding, Tom got the job. – Без шуток, Том получил работу.
We are getting married next month, I kid you not. – Мы женимся в следующем месяце. Я не шучу.
2. Давайте закругляться. – Let’s call it a day.
Если вы занимались каким-либо делом долгое время, и решили что уже хватит, что вы сделали достаточно или вам надоело, то это выражение пригодится, чтобы об этом сообщить:
I am tired, let’s call it a day. – Я устал, давай закругляться.
This discussion is boring and pointless, let’s call it a day. – Обсуждение скучное и бессмысленное, давайте заканчивать.
It is already midnight! Let’s call it a day, we will finish the cleaning tomorrow. – Уже полночь! Давайте закругляться, закончим уборку завтра.
After working in that office for 10 years I decided that it was time to call it a day. – После 10 лет работы в том офисе я понял, что пора прекращать.
3. Что, язык проглотил? – Cat got your tongue?
Оно используется в беседе, когда один из собеседников (обычно тот, кто ниже по статусу) молчит, когда ему по идее нужно отвечать. Тот, кто доминирует (родитель или начальник) может задать такой вопрос:
Why are you so silent today? Cat got you tongue? – Ты почему такой тихий сегодня? Язык проглотил?
I asked you a question and waiting for your reply. Cat got you tongue? – Я задал вопрос с жду твоего ответа. Ты язык проглотил?
Ann always voices her opinion, but today she is very reserved. Cat must have taken her tongue. – Анна всегда озвучивает ее мнение, но сегодня она очень сдержана. Должно быть, язык проглотила.
4. У тебя на лице написано! – It’s written all over your face!
Выражение лица указывает на эмоции: гнев, страх, радость, раздражение, удовольствие. Это выражение используется, когда человек ничего не говорит ( cat’s got their tongue ), и пытается скрыть свое состояние, но все понятно по его лицу:
Are you afraid of this tiny dog? It’s written all over your face! – Ты что, боишься этой крохотной собачки? У тебя на лице написано!
Why are you so glad? It’s written all over your face. What’s the reason? – Почему ты такой радостный? У тебя на лице написано. В чем причина?
5. Мои пять копеек – My two cents.
I think buying a car is a good idea. It’s just my two cents. – Я думаю, покупка машины — это хорошая идея. Это мое скромное мнение.
If you ask me for my two cents, I totally support the plan. – Если вы спросите моего скромного мнения, то я полностью поддерживаю план.
Just to add my two cents, I do not think he is a good match for you. – Я вставлю свои пять копеек: не думаю, что он хорошая пара для тебя.
6. Ты действуешь мне на нервы! – You are getting on my nerves!
Если кто-то или что-то нас раздражает ( annoy, irritate ) или надоедает ( bother ), мы говорим, что нам действуют на нервы. Соответствующее выражение на английском звучит практически слово-в-слово. Только заменяем переменные: кто (что) действует на чьи нервы (здесь вам пригодятся Possessive Adjectives):
Turn this music off! It’s getting on my nerves. – Эта музыка действует мне на нервы.
Your questions are getting on my nerves. – Твои вопросы действуют мне на нервы.
7. Логично/ справедливо/ согласен. – Fair enough.
— I will not lend you money. You have not paid me back yet. – Ок, fair enough.
— Я не займу тебе денег. Ты еще не отдал мне долг. – Ок, логично.
— If you are late again, we will not wait for you. – Fair enough.
— Если ты опоздаешь снова, мы не будем тебя ждать. – Согласен.
8. В чем дело? – What gives?
1. В значении ‘What’s wrong?’, ‘’Why is it happening?’ – В чем дело?:
2. В значении ‘What’s happening?’, ‘What’s going on?’ – Что происходит?:
3. В приветствии вместо How are you?:
9. Мне плевать. – Who cares?
Если вам все равно так и скажите: Who cares? Только помните, что на английском это не утверждение, а вопрос, и произносится с характерной интонацией:
— It can be dangerous!
— Who cares?
— Это может быть опасно!
— Мне все равно.
Who cares? используется не только в виде отдельной фразы, а в составе целого вопроса, обычно с предлогом about:
10. По-любому! – Sure thing!
This plan will work out! Sure thing! – Этот план по-любому сработает!
— Can you give me a lift?
— Sure thing!
— Ты меня подвезешь?
— Конечно/ обязательно!
Когда я писала эту статью, редактор то и дело подчеркивал в тексте слова, которые не считаются нормой ( it was really getting on my nerves! ), но по факту они – часть языка, мы произносим их каждый день, общаясь с друзьями в неформальной обстановке.
Потому что я не такой «крутой», я не дерзкий и не лезу на рожон, но, если меня довести, то я становлюсь очень яростным и злым. Но они прикалываются только когда они вместе, а поодиночки они тоже мирные. Стоит ли им дать п**ды или нет? Чувствую, что не сдержусь скоро. Мне просто обидно, они ведь вроде лучшие друзья
Настоящих друзей в жизни единицы. Скоро ты повзрослеешь и поймешь, что никакие они не друзья. А обычные ебланы-неудачники.
Да какие же это друзья? да и еще лучшие? Настоящая дружба проверяется с годами и в трудность и в радость, а что это за друзья которые подстегивают, прикалываются и еще смеются. Может-это ты их считаешь своими друзьями, а они совсем думают с точностью на оборот? А по одиночку они мирные потому что им же не по приколу смеяться с тебя в одиночке. Вот когда они вместе; ты для них как» мяч тенесный, а они ракетки».Зачем иметь таких друзей? Пусть будет один ну зато какой.
А ты уверен, что это друзья? да еще и лучшие. Разве друзья так поступают?
Лучшие друзья подебывают но в рамках разумного если тебе уже чтото не нравится дай им это понять надо веби надо словом ответь не будь безхребетным
разве лучшие друзья прикалываются вместе или поодиночку? стоит задуматься о выборе друзей. или отстаивай свою позицию, что тебе что-то не нравится или меняй круг общения, постепенно отдаляясь.
мне кажется они не настоящие для тебя друзья. иначе таким образом бы не вели себя. будь собой и не прогибайся под то что тебе не по духу-т. е. хамство
А ты адекватно шутки воспринимай, не относись к ним серъезно, им быстро надоест прикалываться) Или заряди лидеру в челюсть один разик так с душой)
Ты прикалываешься!
История моего друга. Не буду томить, начнем!
Когда ему было лет 8, его семья хотела сделать шашлыки, Его бате было лень нормально разжигать костер, он полил дрова бензином и бросил спичку в мангал. Бензином он не всем попал в цель, поэтому у них сразу загорелась трава рядом с мангалом и огонь перенесся на сарай. Батя с мамой начали тушить огонь, а его отправили звонить 01. Диалог был примерно следующий Д-Друг О-Оператор
Д- У нас пожар!
Пожар они потушили сами, оператору дизреспект
История не огонь, не знаю зачем написал
Твой дядя на Жеглова нарвался.
качество подачи текста сильно хромает. вам больше не стоит заниматься графоманией.
Пожар
Конец августа, каникулы после девятого класса подходили к концу. Хожу с лейкой по огороду во дворе дома на четыре семьи.
Вижу дым из хозпостройки наших новых соседей, которые споили соседскую бабушку инвалида, и переписали часть дома на себя.
Они как обычно что-то отмечали во дворе.
Бросив лейку и крикнув дяде Ване, что у него что-то сарай дымит, я выбежал с огорода. И мельком увидел, что в глубине приоткрытой двери виден огонь.
Дядя Ваня успел выкатить «Карпаты», но вытащить лодочный мотор было уже поздно. Огонь уже перекинулся на сеновал.
Я успел только забежать в наш сарай и выгнать коз, которых мы держали. Совсем забыв про пятерых несушек, которые сутки назад расширили поголовье хозяйства.
Дальше время летело настолько незаметно. Я никогда не знал до этого как тяжело держать несколько часов литеру, ощущения что кто то сзади пытается её тянуть за рукав. Когда дядя Ваня уже остался без своей хозпостройки, и наше деревянное творение стало растворятся в огне, мы вспомнили что пару дней назад мы туда завезли баллон с бытовым газом. Всё уже были готовы к любому развитию событий. Но клапан дал слабину, без взрыва, но с эффектом огромной горящей паяльной лампы, баллон выжигал остатки все что было.
И благодаря запасливому дедушке по соседству, огонь застрял на его сарае забитому сырыми дровами под завязку. В течении шести часов локализовали пожар в этой точке. И лишь к пяти утра, огонь удалось победить.
Это было мгновение, с вечернего полива лейкой до окаменевших рук от литеры. Гидрант рядом с домом, тройники и плюс два человека к бойцам с огнём, горячий утренний чай на лавочке вместе с командой пожарных. Дом спасли. Это было самое главное.
Утром приехал их начальник, составили план, взяли показания.
Причина была видна. Два оплавленных провода от лампы в сарае дяди Вани.
Но договорится с соседями по хорошему не получилось. Судебные дела затянулись. Ответчиком была та самая бабушка инвалид. Которая уже ничего не решала в своём бывшем доме. А лишь доживала свой век.
Мы расчистили пепел, из всего, что уцелело, были лишь две гири по 32 кг и корпус газового баллона, выступившего катализатором тех событий летним вечером.
Вчера в Люботине(Харьковская область) полностью сгорел частный дом площадью 150 кв. метров.
Огромное спасибо Максиму Иванченко и всей 48 части за то, что смогли спасти из огня собачку и 5 котят.
Глухая бабушка и пожар в бытовках
Про Мерседес
1995 год. Я еще работаю в пожарной охране в Аксарайске, на ГПЗ. Тушим бытовки, общаги, бомжатники, серные карты на заводе, камыш, в общем всё, что горит.
Как раз в то время пошел бум на «пригони дешевую машину из Германии».
В общем ночь, раздается сигнал сирены и диспетчер объявляет «Четвертый ход на выезд!». Выезжаем.
Оказалось, горит лакокрасочный склад ангарного типа, в который пару дней назад выгрузили несколько вагонов краски и растворителя. Горит ярко так, вонюче, дым черный, время от времени несильно взрываются банки (или бочки, уже не помню) с растворителем и еще с чем-то.
Мы проложили магистраль от гидранта и стоим, проливаем склад в окна и по кровле, чтобы огонь не перекинулся на соседние здания.
Тут влетает на территорию мужичок и начинает орать, материться и пытается проникнуть внутрь склада. Разумеется, мы его не пускаем, т.к. горит очень ярко и внутри даже в огнезащитном костюме делать нечего.
Побегал мужичок, руки позаламывал, немного успокоился, оказалось, это заведующий этим складом, который несколько дней назад пригнал из Германии Мерседес в 123 кузове, серебристый, с кожаным салоном, по его словам в прекрасном состоянии, купил у какой-то немецкой бабки, которая на нем почти не ездила, успел растаможить, но на учет в ГАИ еще не поставил. И вчера вечером обмывал покупку на складе с друзьями.
Что там произошло – поджог из зависти, непотушенная сигарета, замыкание проводки или еще что-то – уже не помню, но когда все, что мы не смогли потушить догорело, мужик остановился рядом с нами и выдал: «…Обидно. Я его внутрь склада поставил, чтобы не угнали. Но..бл. лучше бы угнали…».
Примерно через пол года этот начальник склада пригнал себе другой Мерседес).
Ответ на пост «Эта музыка будет звучать вечно (с)»
Случилось так, что в нашей организации именно меня назначили ответственным за безопасность.
И проводил я свою первую плановую тренировку по эвакуации.
Вахтер включила сирену. Выходящим из кабинетов сотрудниками она объявляла эвакуацию через запасной выход.
А сам я уже занял наблюдательную позицию у этого самого запасного выхода. Там тамбур. Пластиковая дверь в тамбур, и железная дверь на улицу. И эта пластиковая дверь просела. Цеплялась нижней кромкой за порог. Туго открывалась из-за этого.
Может этого результата можно добиться регулировкой петель, но мне было проще так.
В Харькове по ул. Культуры, 10. Произошел пожар.
Площадь пожара составляет 500 кв.м.
На месте пожара 16 единиц техники.
Спасли 7 человек, которые из-за дыма оказались заблокированными в квартирах. Также спасли и всех животных тоже.
Ещё бы несколько минут и люди погибли.
Эта музыка будет звучать вечно (с)
UPD. Есть уточнения по технике безопасности: #comment_217640019
Пожары и пожарные до революции
Л. И. Соломаткин «Пожар в деревне»
Долгое время с огнём боролись исключительно своими силами. Соседи спешили на помощь, если не из сочувствия, так из-за опасения за своё добро. К тому же существовала пожарная повинность, которую до 1736 года несло даже духовенство. Долгое время городские жители были обязаны выступать в роли караульщиков и поочерёдно дежурили по ночам наподобие советских дружинников. Они должны были не только следить за порядком и пресекать преступления, но и бить тревогу в случае пожара. В роли пожарных выступали обычные солдаты. В некоторых городах организовывали ночные патрули, состоявшие из военнослужащих, а если в городе не было военных, то госслужащих. В качестве инвентаря использовались чаны или бочки с водой, трубы, лестницы, и всё это везли на подводах. Позже ответственность за противопожарную безопасность возложили на полицию (но иногда тушили огонь всё равно солдаты). С середины 18 века за работу пожарных в губернских городах отвечал брандмайор, который формально относился к полицейскому ведомству. Начальника пожарной части называли брандмейстером.
В 1803 году Александр I учредил в столице первую пожарную команду. Служба в ней была сходна с армейской. Огнеборцы жили в казарме, почти не имели свободного времени и редко могли покидать пожарные части. Со временем ответственность за борьбу с пожарами полностью легла на плечи полиции. Полицейские и пожарные части находились обычно рядом. Из книги А. Дюма «Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию» (1861): «Пожары в России внезапны и страшны. Исторический пожар Москвы не смогла остановить 120-тысячная армия, хотя каждый солдат был заинтересован в том, чтобы его погасить. От площади к площади высятся каланчи, увенчанные снастями на блоках. Эти блоки нужны, чтобы поднимать шары, равнозначные нашему крику: “Пожар!” Первыми к месту пожара прибывают пожарные квартала, поскольку им ближе. Потом съезжаются и другие. Если огонь средней силы и может быть обуздан, то тех пожарных, в присутствии которых нет необходимости, не вызывают; если же пожар значительный или обещает стать таким, то поднимают пожарных всех кварталов. Нас уверяют, что мы не покинем Россию, не увидев какой-нибудь великолепный пожар. Ещё, между прочим, нас уверяют, что в окрестностях Санкт-Петербурга горят пять-шесть лесов». Дюма затрагивает эту тему не раз и даже описывает увиденный своими глазами пожар в Москве. «Поскольку пожары очень часты в Москве, то служба помп довольно хорошо организована. Москва разделена на 21 район; каждый район имеет свои насосы. Один человек постоянно дежурит на площадке каланчи; самой высокой точки в районе, следя за возникновением пожаров. При первом проблеске огня он приводит в движение систему шаров, которые имеют свой язык, как телеграф, и объявляют не только бедствие, но и место пожара. Пожарные оповещены, тотчас в упряжь ставятся насосы и направляются к месту пожара». В небольших населённых пунктах спасались своими силами, часто создавались добровольческие пожарные бригады. Были такие бригады и в дачных посёлках.
Правила противопожарной безопасности были строгими. На улицах до конца 19 века было запрещено курить. В магазинах, и тем более торговых рядах нельзя было разводить огонь, и даже поставить самовар. Поэтому за кипятком для чая лавочники часто шли в трактиры. В Москве были специальные будки с огромными самоварами, в которых можно было за несколько копеек налить полный чайник. Тем не менее, пожары в торговых рядах случались, и при этом часто сопровождались мародёрством. При Петре I сгорел недавно построенный Гостиный двор. Из числа пойманных воров выбрали четверых и повесили по четырём углам сгоревшего здания. В 1862 году грандиозный пожар произошёл в Апраксином дворе. Из воспоминаний А. Я. Панаевой: «С площади неслись чёрные тучи дыма, заволакивая небо, а позади чёрных туч дыма виднелось огненное небо. Но временам высоко поднимался столб пламени, рельефно обрисовываясь на темном фоне дыма, и из столба, словно дождь, сыпались крупные искры, которые ветер кружил и разносил на далёкое пространство. Сила ветра была так сильна, что с места пожара взлетали горящие головни и, перелетая через Фонтанку, падали на крыши домов, продолжая гореть, как факелы. Народ бегал по крышам и сбрасывал вниз головни. В Апраксином рынке было столько горючего материала, как в любой пиротехнической лаборатории, да и в горевших переулках его было немало, особенно в Чернышевом. Сильный ветер, разнося крупные искры, от которых то тут, то там загорались деревянные постройки и дровяные склады, делал борьбу с пожаром почти бесплодной. На другой день утром я пошла посмотреть на сгоревший Апраксин рынок; несмотря на раннее время, на площади у Чернышева моста толпилось множество народу. Площадь представляла совершенный хаос: она была покрыта сажей и угольями и загромождена сломанной мебелью, сундуками и узлами, на которых сидели их обладатели, оберегая их; всюду валялись полуобгорелые дела и бумаги из дома министерства внутренних дел, и ветер шелестел листьями, точно любопытствуя прочесть, что в них написано. В выгоревший рынок мне не удалось попасть, потому что входы его оберегались солдатами, равно как и входы с Фонтанки в горевшие накануне переулки. Но я всё-таки попала в Троицкий переулок через Владимирскую улицу. Печальное зрелище увидела я: по обеим сторонам торчали закопчённые остовы домов с выбитыми рамами, без крыш, и свет проникал в разрушенные дома сверху до подвальных этажей и ярко освещал внутреннее разрушение. Обгорелые балки торчали в разных видах: одни, до половины сгоревшие, держались прямо, и на них были перекинуты другие балки; иные висели вниз, точно на воздухе. В одном доме на полуразрушенной стене комнаты каким-то чудом уцелел большой поясной портрет в золочёной раме. Вся мостовая была завалена выбитыми из домов рамами, искалеченною мебелью и домашнею утварью. Дровяной двор представлял склад углей, в котором копошились чёрные силуэты пожарных, заливавших тлеющие остатки, и струи дыма с огоньком местами виднелись на чёрном фоне. В одном каменном разрушенном доме ещё дымился подвальный этаж, и около него стояла машина, на которой усердно качали воду два молодых человека с длинными волосами и в шляпах с широкими полями, какие тогда преимущественно носила учащаяся молодежь. На сломанном шёлковом диване, возле машины, сидели в изнеможении двое пожарных; вероятно, молодые люди, сжалясь над ними, сменили их на время, чтобы качать воду». Это происшествие настолько потрясло горожан, что впоследствии стало фактически вехой истории, с которой соотносили другие события («ну это давно было, ещё до пожара в Апраксином дворе» и т.д.). Пожары в Апраксином дворе случались и позже. Например, однажды сгорел корпус, в котором работала галантерейная мастерская, и располагался склад целлулоида. Когда загорелись запасы целлулоида, рабочие в панике выпрыгивали из окон, были человеческие жертвы. И в Петербурге, и в Москве случались трагедии во время праздников, народных гуляний и представлений, когда в загоревшихся балаганах гибли зрители, не успевшие выйти из-за суматохи и давки в дверях.
«Пьер-Мари-Жозеф Верне. Пожар в Зимнем дворце. 1838 г.»
От огня страдали даже дворцы монарших особ. Екатерина II в своих «Записках» описывала пожар 1753 года, который произошёл в Москве в Головинском дворце. Виновниками происшествия стали нерадивые истопники, которые решили не привлекать внимание к пожару и 5 часов пытались тушить его самостоятельно. Дворец был старым, и львиная доля ущерба была из-за утерянных личных вещей императрицы Елизаветы, которая в это время как раз там остановилась. «Императрица потеряла в этом пожаре всё, что привезла в Москву из её огромного гардероба. Я имела честь услышать от неё, что она лишилась четырёх тысяч пар платьев и что из всех она жалеет только платье, сделанное из материи, которую я ей послала и которую я получила от матери. Она потеряла тут ещё другие ценные вещи, между прочим таз, осыпанный резными каменьями, который граф Румянцев купил в Константинополе и за который он заплатил 8 тысяч дукатов. Все эти вещи помещались в гардеробной, находившейся под залом, где начался пожар».
В декабре 1837 года почти полностью был уничтожен Зимний дворец. Примечательно, что об этом происшествии трубили во всех газетах, но что именно произошло, мнения рознились. Разницу в описании данного события проправительственной прессой и глазами очевидцев можно почувствовать на примере следующих двух рассказов. Из воспоминаний генерал-майора Л. М. Барановича (журнал «Русский архив», 1865 год): «17-го декабря 1837-го года шла на большом театре опера с балетом „Баядерка», и в танцах участвовала знаменитая Тальони. Государь, незадолго перед тем возвратившийся в Петербург из продолжительной поездки, присутствовал при представлении со всеми членами своей семьи, и глаза публики были устремлены преимущественно на царскую ложу. Вдруг Государь удалился, вслед за ним исчезли из кресел многие лица, и театр, наполненный в этот вечер ещё более обыкновенного, постепенно совсем почти опустел. Быстро разнеслась молва — горит Зимний дворец! Известно, что это огромное здание, заложенное ещё при императрице Анне Иоанновне, было окончено постройкою в 1762-м году. В то время менее нынешнего заботились о предохранительных мерах от огня, и во дворце, хотя и существовали по некоторым капитальным стенам брандмауэры, но сквозные, сделанные арками; а потолочное и кровельное устройство, всё деревянное, сложной конструкции, состояло из тесно связанных стропил, балок и перекидных мостов, представлявших обильную пищу огню. Он показался сначала в 8 часов вечера, из незаделанного отдушника, проведённого от дымовой трубы между хорами и деревянным сводом залы Петра Великого. Эта дымовая труба прилегала весьма близко к деревянной перегородке, и огонь, пробравшись по ней до стропил, мгновенно охватил массу, иссушенную 75 годами, а затем, по мере обрушения потолков и стропил на паркеты, с яростью стал прокладывать себе дальнейший путь. Но ещё прежде распространения огня, министр императорского двора князь Волконский, при появлении в Фельдмаршальской и Петровской залах дыма, поспешил донести о том Государю, который тотчас и уехал из театра. Первым движением Государя, по приезде во дворец, было поспешить на половину младших Великих Князей, которые уже были в постели, и осенив их отцовским благословением, приказал немедленно перевезти их в Аничковский дворец. Между тем пожар продолжал свирепствовать с возраетавшею силою, и никакие человеческие средства уже не могли его не только прекратить, но и остановить. Весь дворец с одного конца до другого представлял пылающее море огня, огромный костёр, увлекавший всё в своем постепенном падении. Убедясь, что всякое дальнейшее противодействие только угрожает опасностью людям, Государь настоятельно приказал им отступить. Воля его была исполнена. Тут же, по повелению Государя, были поверены команды и, к живой его радости, оказалось что все люди в них налицо и невредимы. Оставалось одно: отстоять ещё нетронутый огнём Эрмитаж с его вековыми сокровищами. Государь, перейдя туда, поручил Великому Князю Михаилу Павловичу распорядиться о закладке кирпичом всех дверей и близлежащих окон, как в главном здании, так и в обоих павильонах. Повеление это было исполнено с неимоверною скоростью, и — Эрмитаж был спасён! Государь и Великий Князь Михаил Павлович, проведя всю ночь, несмотря на жестокий мороз, в беспрерывной деятельности, оставили пожарище уже только в 11 часов следующего утра. Развалины дворца продолжали гореть целые трое суток». Описание Л. М. Барановича представляет собой официальную версию события. Но есть и более мрачные свидетельства очевидцев, которые в прессе бы печатать не стали.
В мемуарах крупного чиновника А. М. Фадеева приводится письмо 14-летнего Ростислава, сына автора. «У нас в Петербурге произошло в это время много происшествий, из которых самое замечательное, конечно, пожар зимнего дворца. Вообразите себе эту величественную, каменную массу, объятую пламенем, которое огненными столбами вырывалось из окон и крыши; стук падающих потолков и стен и, наконец, багровое, кровавое зарево, насевшее над местом этого страшного пожара, и дым, закрывавший все небо. Во дворце царствовала суматоха. Богатства всех родов, собранные царствованием десяти Царей, гибли в огне: яшмовые вазы, мраморы, бронзы, дорогие паркеты, обои, зеркала; тысячи драгоценных мелочей были навалены грудами, и всё это было завалено обгорелыми брёвнами и, говорят, многими трупами людей, погибших под их обломками. Солдаты, отряженные для спасения всего, что возможно было спасти, вместо того, вламывались в погреба и оттуда пьяными толпами устремлялись во внутренние покои, где они, для своей забавы, били и ломали всё, что им ни попадалось. Вся площадь пестрела целыми грудами наваленных вещей. Сильный ветер увеличивал силу огня и, при порывах его, огненное море расступалось и среди пламени показывались наверху группы статуй, закопчённые дымом, как будто духи или огненные саламандры. Половина пожарной команды — по слухам — уже не существовала. К довершению всего, в одной огромной зале, где толпилась целая рота измайловцев, потолок вдруг обрушился и погрёб под горящими головнями нисколько десятков человек. Двадцать тысяч гвардии и верно более ста тысяч народа были безвольными свидетелями итого ужасного происшествия. Наконец, увидели невозможность потушить пожар и приказано было оставить догорать дворец. Он горел три дня, окружённый войсками, расположенными бивуаками на площади, и теперь, вместо великолепного, необъятного зимнего дворца, стоят одни чёрные стены. Я думаю, вы читали описание пожара в газетах, но будьте уверены, что там нет и сотой доли правды: я слышал все подробности от двух офицеров, бывших с командами всё время на пожаре». Совершенно другая картина.
Работа пожарных на рубеже 19 и 20 века подробно описана в книге «Из жизни Петербурга 1890-1910-х годов» Д. А. Засосова и В. И. Пызина. «В Петербурге нашей юности имелось 12 полицейско-пожарных частей (Адмиралтейская, Василеостровская, Московская и др.). Каждую такую часть легко было узнать издали по каланче, по верху которой ходили дозорные, наблюдавшие, не вспыхнул ли где пожар. В случае пожара на мачте каланчи вывешивались чёрные шары, число их указывало, в какой части пожар. Ночью вместо шаров вывешивали фонари. В начале XX века дежурства на вышках в центре города были отменены, так как новые высокие дома, в 6-7 этажей, мешали видеть. Дежурство на каланчах оставалось на окраинах. В народе бытовало выражение: “Будешь ночевать под шарами”. Это означало: заберут в полицейскую часть за появление в пьяном виде или за непристойное поведение на улице, а то и просто за неучтивый ответ городовому. Хотя наш город был столицей, пожарные, как и в провинции, являлись гордостью городской управы и населения. У пожарных команд были отличные лошади определённой масти для каждой части. Пожарный обоз представлял собой красивую картину: экипажи ярко-красного цвета, сбруя с начищенными медными приборами, пожарные в сияющих касках. Все это поражало обывателя, тянуло его за обозом на место пожара, посмотреть, как будут побеждать огонь эти скромные герои. Спустя две-три минуты после получения сигнала о пожаре команда уже выезжала. Все было приспособлено к скорейшему выезду: хомуты висели на цепях у дышел, приученные кони сами вдевали головы в хомуты, достаточно было небольшого усилия лошади, и хомут сам снимался с пружинного крючка. Мгновенно закладывались постромки, и обоз был готов к выезду. Пожарные вскакивали в повозки, на строго определённое место, на ходу надевая толстые серые куртки и порты. Обоз мчался в таком порядке: впереди ехал на верховой пожарный —“скачок”, который трубил, чтобы давали дорогу обозу. На место пожара он являлся первым, за несколько десятков секунд до обоза, уточнял очаг пожара и давал сигнал, куда заезжать остальным. За «скачком» неслась квадрига — четверка горячих могучих лошадей с развевающимися гривами, запряжённая в линейку. Это была длинная повозка с продольными скамьями, на которых спина к спине сидели пожарные. Над скамьями, на особом стеллаже, лежали багры, лестницы, другие приспособления. Впереди, на козлах, сидел кучер-пожарный, рядом с ним стоял трубач, который непрестанно трубил, звонил в колокол. Рядом с ним богатырского роста брандмейстер в зелёном офицерском сюртуке. Зимой он надевал сюртук на меховой жилет. На голове брандмейстера посеребрённая каска. Около козел возвышалось древко с развевающимся пожарным знаменем красного цвета с золотой бахромой, кистями и эмблемой части. Бочки с водой в наше время пожарные команды уже не возили, в городе почти везде были водопровод и пожарные гидранты. На окраинах, где водопровода не было, пожарные пользовались специальными водоёмами, речками. Вслед за линейкой неслась пароконная повозка с пожарным инвентарём: катушками со шлангами, ломами, штурмовыми лестницами. За ней, тоже на пароконной подводе, — паровая машина, которая качала воду. Ручных машин с коромыслами для качания в центре города уже не было. Пожарная машина имела блестящий вид: котёл, цилиндры и трубы медные, ярко начищенные. Пожарный стоял позади машины, на приступочке, на ходу подкладывал топливо, поднимал пар, из трубы валил густой дым. Пожарная паровая помпа подавала воду под большим давлением сразу в несколько шлангов. За машиной неслась высотная лестница на колёсах выше человеческого роста. Складных металлических лестниц еще не было, а этих деревянных хватало до 4-5-го этажа. В конце обоза ехал медицинский фургон с фельдшером. Зимой обоз переходил на окованные сани. В пожарном сарае были особые устройства на роликах для лёгкого вывоза и обратной постановки их на место». В случае масштабных пожаров, как и в прежние времена, привлекали армию. В 1892 году было основано «Российское общество», в 1901 году переименованное в «Императорское Российское общество». При нём было основано общество «Голубой крест», помогавшее пострадавшим пожарным.
Другие мои очерки в виде книги можно прочитать тут
Другие мои многочисленные посты о быте и нравах Российской империи: