Стихии
Стихии — концепция из древнего естествознания. Согласно этой концепции, всё на свете состоит из нескольких фундаментальных родов материи; современными, научными потомками идеи стихий можно назвать концепции агрегатных состояний, химических элементов, вещества и поля. Но это все скучная научная зубрежка. Вот то ли дело старинные стихии, связанные с магией, древними религиями и прочими фантастическими чудесами!
Содержание
Евростандарт [ править ]
В европейской культуре стихий четыре: земля, вода, огонь и воздух. Из них состоит всё сущее, и в них проявляются различные свойства: земля, к примеру, тверда, недвижна и неподатлива, а вода зыбка и текуча, следовательно, всё, что твердо и неподатливо, можно считать принадлежащим стихии земли, а все, что зыбко и текуче — стихии воды. Иногда прибавляют еще и некую пятую стихию, называемую «квинтэссенцией» или «эфиром», который призван символизировать души, духов или чистую энергию. Очень похожая система стихий была и в Японии, только вместо эфира — пустота. В других системах пятой стихией (или, как чаще переводят, пятым элементом) считался философский камень.
По странному совпадению, четыре агрегатных состояния вещества (твёрдое, жидкое, газ, плазма) и четыре оболочки Земли (литосфера, гидросфера, атмосфера, магнитосфера) вполне можно поставить в соответствие четырём стихиям.
Образы и мотивы, связанные с западными стихиями [ править ]
Китайские [ править ]
В Китае был несколько другой расклад. Там стихий пять: огонь, вода, земля, дерево и металл. Дерево также включает в себя различную растительную живую природу, которая в европейской традиции обычно причисляется к Земле. Пять стихий могут стоять по кругу: дерево => огонь => земля => металл => вода => дерево, образуя китайский вариант пентаграммы (не используемой, в отличие от европейского варианта, для вызова духов), где круг иллюстрирует порождение стихий (вода порождает дерево, дерево порождает огонь и т. д.), а звезда — преодоление (металл преодолевает дерево, дерево преодолевает землю и т. д.). Стихии могут стоять и по сторонам света: огонь — юг, вода — север, дерево — восток, металл — запад, земля — центр. Помимо пентаграммы, 5 стихий могут быть совместно отображены как цветок китайской красной сливы, имеющий как раз 5 лепестков.
Кроме того, 5 стихий образуют 10-летний цикл. Нам он менее известен, чем китайский «гороскоп» из 12 животных, но в том же гороскопе этот цикл проявляется в прилагательных и эпитетах, например «год Черной Змеи». В этом цикле каждая стихия длится два года (инь и ян, восхождение и упадок) и придаёт свои свойства текущему животному китайского календаря. Так, например, 2013 год Змеи относится к стихии воды, а Змея, соответственно, чёрного цвета (так как воде соответствует чёрный цвет, а голубой считается цветом дерева [1] ).
У каждой стихии также есть свой цвет, своё животное и ещё много других атрибутов:
Три разрушительных стихии [ править ]
Различные фантазийные (sic!) стихии [ править ]
Но на этом пределы стихийного мифотворчества не заканчиваются. В стихии можно записать любую природную или не очень силу или явление. Часто встречаются «стихии» Свет и Тьма, реже — различные околонаучные, такие, как Магнетизм, Время, Пространство, Гравитация, Кислота, или пародийные, например, Пицца. В D&D, кроме классических четырех стихий и пяти магических разрушительных стихий, существуют различные пара-стихии и квази-стихии, представляющие собой смеси стихий друг с другом, с положительной и отрицательной энергией, такие, как, например, Пыль, Излучение, Магма, Вакуум и другие. В пародийных произведениях может быть поставлен знак равенства между стихией и химическим элементом, которые по-английски одинаково называются element: например, в веб-комиксе Order of the Stick присутствуют элементали из титана и хлора. Там же обстёбаны D&Dшные квазистихии, в виде Плана Зефира и Полустихийного Плана Соуса «Ранч».
В Heroes of Might and Magic IV пять магических стихий (жизнь-порядок-смерть-хаос-природа) расположили по углам пентаграммы, а в центре расположили Силу — так что, например, стихии Природы дружественны стихии Жизни и Хаоса, а враждебны — стихии Смерти и Порядка.
В перезапуске Might and Magic, то есть во всех играх, где действие происходит в мире Асхан (начиная с Heroes of Might and Magic V, где система еще не вполне устоялась), стихий шесть: свет, тьма, огонь, вода, воздух, земля. Каждая стихия связана с младшим богом-драконом (Стихийные драконы), с которыми, в свою очередь, связаны исходные разумные расы Асхана (каждому дракону — по расе, впрочем, по ходу истории мира все несколько перепуталось). Выше стихий стоят две силы, Порядок и Хаос, в лице опять же двух драконов, причем все стихии — производные Порядка, как младшие драконы — дети драконицы Порядка Асхи, создательницы мира. У местной магии существуют школы всех шести стихий, а также есть некая изначальная магия, связанная с Порядком, Хаосом и Изначальной Пустотой. В общем, гладенько получилось.
Элементали [ править ]
Элементали — это существа, состоящие из чистых стихий. Представление о них возникло в европейской магической традиции: первый стандарт элементалей описал алхимик Парацельс. Согласно его мнению, есть элементали огня (саламандры), элементали воздуха (сильфы), элементали воды (ундины) и элементали земли (гномы). Названия, которые Парацельс дал элементалям, ныне встречаются нечасто, но сами эти существа — сплошь и рядом. Вариант присутствует во вселенной The Elder Scrolls, где элементали принадлежат к трем разрушительным стихиям, являются бесхозными даэдра и называются атронахами.
В Китае 5 стихиям соответствуют свои животные (хоть и не зовущиеся элементалями):
Стихийные сверхспособности [ править ]
Управление стихиями с помощью магии, псионики или просто необъяснимых мутантских сил — классическая сверхспособность. Обычно одному персонажу доступна только какая-то одна стихия, в которой он специализируется и которая отражена в его личности. Специалист по огню, к примеру, не просто хорошо умеет его пускать: он и сам огонь, и полностью соответствует описанию огненного персонажа, данному выше, поэтому другие стихии у него просто не получатся или получатся плохо.
«I Круг» [ править ]
Элементалистика. Здесь расположились первоначальные элементы и их производные:
«II круг» [ править ]
Экзистенциалика. Гексиада стихий, но более тонких — жизнь-смерть и пр. Производных не наблюдается:
«III круг» [ править ]
Структуристика. Околонаучные физико-химические дисциплины:
Антистихия [ править ]
Создатели малоизвестной дилогии «Хроники Тарр» (малоизвестна она, в основном, из-за непроработанного геймплея — что очень печально, ибо вселенная сей дилогии очень привлекательна) придумали на роль абсолютной угрозы Мрак — нечто абсолютно чуждое, противоположное и в то же время предшествующее всему и вся. Мрак называют Антистихией по той причине, что если стихии хоть что-то собой представляют, то Мрак — это просто ничто, и сам по себе он буквально не существует. При всём этом Мрак изменяет всё, с чем соприкоснётся — материя и энергия становятся не пойми чем, время и пространство сходят с ума (во Мраке всё обездвижено), источники света начинают поглощать свет, а живые превращаются в неприкаянных «несуществ» и еще куча веселья. Хотя с Мраком кое-как научились бороться, держится эта борьба на чистом нежелании за так продувать, ибо победить в ней невозможно — просто нечего побеждать.
В World of Darkness есть четыре антистихии Змея (местный такой Дракон Апокалипсиса и Змей Хаоса в одном флаконе): адский огонь (антиогонь), токсины (антивода), шлак (антиземля) и смог (антивоздух). Примитивную магию на их основе используют колдуны-линейщики Седьмого Поколения. А Нефанди (маги-динамики на службе у Змея) активно используют анти-Сферы.
В Dungeons & Dragons есть аналогично устроенные т. н. «отрицательные квази-стихии»: пепел (отрицательный огонь)), пыль (отрицательная земля), соль (отрицательная вода) и вакуум (отрицательный воздух). Все они являются смесью обычных стихий с отрицательной энергией, которая олицетворяет собой отсутствие жизни и оживляет нежить. Кроме них, что характерно, в D&D есть ещё и положительные квази-стихии — молния (положительный воздух), минералы (положительная земля), пар (положительная вода) и излучение (положительный огонь).
(Ещё где-то попадалась то ли книга, то ли типа того, где каждой стихии соответствовала собственная антистихия со своим антиэлементалем, только они были просто до жути редкие. Ежели кто вспомнит — добавьте, пожалуйста.)
Три стихии Камчатки. В канун нового года
Первое, что видишь, подлетая к Камчатке, — конусообразные вулканы и многочисленные бухты, а между ними Петропавловск-Камчатский. Глаза медленно округляются: неужели эта восточная оконечность России и есть тот край земли, за которым Тихий океан только и другое уже полушарие. И понимаешь важность стремительно приближающегося момента — свой новый год я встречу здесь, почти на краю света! Новый год в июле? Да, пусть не покажется странным — для меня каждый мой следующий год наступает именно в июле, и почему бы не встретить его где-то далеко. Например, на далёкой-далёкой Камчатке.
Перелет получился долгим, зигзагами, с метаниями над бескрайней страной. Сначала часа два на запад, после тягостных семи часов ожидания навстречу утру нового дня — на дальний-дальний восток.
Мои компаньоны по туру, чьи фигуры, наверняка, окажутся на многочисленных кадрах, это тройка тридцатилетних с хвостиком «сборной солянки», по возрасту ровесники сына. Влюбленная пара из новых москвичей (Юля + Денис) и статная калужанка Марина с некоторым удивлением взирают на меня, не скрывая сомнения в глазах. Итак, разномастная команда любителей походных приключений вся в сборе почти. Дело только за тем, кто наполнит наши дни этими столь долгожданными приключениями.
Как известно, путешествие путешествию рознь. Одно можно спланировать самостоятельно, не привлекая гида, в другом случае без местного проводника не обойтись. Как раз случай Камчатки.
Наше путешествие не предполагало тяжелых с рюкзаками переходов, но не исключало элементы походной жизни. В любом случае от умелой организации безопасности этой жизни и способности не бояться ответственности многое зависит от проводника, особенно того, кто организует путешествие для других. И это, пожалуй, главное. Может, потому долгое время отодвигала от себя Камчатку, памятуя о давней трагедии, случившейся с уральской группой, к которой тоже планировала присоединиться.
Поскольку навидалась проводников немало, хороших и разных, то уже сложилось некое представление об идеальном проводнике. Хотя идеал — понятие недостижимое.
В этом представлении в проводнике всё должно быть в комплекте, как в детском конструкторе с запасными деталями: и доскональное знание местности, буквально каждого куста, каждой тропинки, и умение совладать с необходимым снаряжением, и навыки рыболова-охотника, а вдруг придется добывать пропитание, и мастерство повара и рассказчика. А если опытный проводник с разносторонними знаниями и умениями к тому же интеллигентен, с юмором, любит рок и Вивальди, можно считать — вдвойне повезло. У каждого, не сомневаюсь, найдется пример своего идеального конструктор-инструктора.
Таким на удивление универсальным проводником-инструктором, как оказалось впоследствии, стал Дмитрий Петровский. Опытный, заботливый, по уши влюбленный в свой край. Впрочем, не без суровости в определенные моменты. И это правильно!
И что еще важно — Дмитрий не просто гид-проводник, а сам составитель своих программ. Программа нашего тура считалась самой простой, «топово-лайтовой», приемлемой для всех возрастов. Даже за столь короткий период была возможность не только увидеть то, что у всех на слуху, но и испытать себя в трех разных стихиях.
И стихии эти — Вулканы, Реки и Океан.
В окрестностях вулкана Вилючинский
Логично начать описание нашего путешествия со стихии Вулканы. Это то, ради чего сюда едут туристы. Правда, некоторые и ради медведей. А медведь на фоне вулкана — вероятно, тот самый недостижимый идеал.
Точное количество вулканов на полуострове никто не скажет, цифры разнятся, но считается, что действующих 29, правда встречалась и цифра 30.
Отправной точкой нашего 10-ти дневного путешествия стал потухший вулкан Вилючинский (2175 м), или ласково Вилючик, по местному обычаю называемый сопкой, в Южно-Камчатском природном парке в 80 км от Петропавловска-Камчатского. В свою очередь этот парк — кластер (какое умное слово) природного парка «Вулканы Камчатки», присматривающего еще за тремя.
Нет, подъем на вулкан с почти идеальным конусом нашей программой не предусмотрен, только небольшая двухкилометровая пешая разминка к весьма популярному одноименному водопаду на северо-западном склоне сопки и обзор её с перевала. И хотя с дороги все время виднелась лишь верхушка Вилючика, но и она давала прекрасное визуальное представление о величине и стати вулкана, уснувшего, как считается, порядка 10 тысяч лет назад. Впрочем, кое-где слабые свидетельства того, что вулкан где-то теплится, не раз замечали.
Трек начинается с хорошо протоптанной тропинки, она поначалу уводит в заросли высокой травы, петляя через низкорослый местами лесок. Вилючинский, как бы дразня, то приоткрывал свою чуть скошенную верхушку без облаков, то снова за густыми ветками прятал её. Не всегда над этим вулканом небо безоблачно, и нам пока несказанно везло.
В целом прогулка не сложная, но сказывался «ночной» в полудрёме перелет. Мозг не понимал, почему вдруг всегда послушное ему тело в сомнамбуле куда-то прётся, не взирая на ощутимые сигналы сменить вертикальное положение на горизонтальное. Душа тихонько нашёптывала не поддаваться, идти вперёд. Столкновение двух миров сразу преподнесло мне урок — прилетать лучше накануне, чтобы не чувствовать дикий раздрай.
Тропинка, вынырнув из леса, тут же упёрлась в россыпь свалившихся откуда-то валунов и камней, устилавших путь к водопаду.
Камни чередовались с пугающе черными наростами растянувшихся по ложбине щупальцев. Воображение, разыгравшись, уже рисовало гигантский язык кого-то невидимого, готового поглотить нежданных гостей. В общем-то, если и преувеличила, то ненамного. Эти почерневшие щупальцы были ничем иным, как подтаявшими концами сползшего в распадок ледника. Летом он почти исчезает, зимой вновь обрастает льдом.
Чуть выше ледник издали представлялся уже не таким жутким и даже белоснежным, как платье невесты. Но при приближении все больше приобретал тоскливо серый цвет, скользил под ногами, заплетающимися от напряжения и накопившейся за сутки усталости, что несколько замедляло небольшой крутости подъем. Если прихватить с собой скандинавские палки, будет легче идти.
С каждым шагом вулкан становился все ниже, словно врастал в землю, пока окончательно не скрылся за выросшей перед глазами вертикальной стеной. С неё призрачной завесой стекала талая ледниковая вода — это и есть водопад Вилючинский.
Кого-то, возможно, постигнет разочарование. Водопад, несмотря на свою 40-метровую высоту, не отличался величавостью и той силой, с какой мог бы обрушить свою мощь, будь он широким, полноводным и многослойным. Он был легким, утонченным, сверкающим и игривым, как игристый напиток с шипяще воздушными пузырьками. И в этом вся его прелесть и суть. Осенью-весной водопад, наверняка, выглядит по-другому, а зимой, как видела на чужих фото, и вовсе перевоплощается в ледяной столб.
Поток устремлялся в пропасть-воронку, куда с высоты метров пятнадцати страшно даже взглянуть. С рёвом разбиваясь о камни, он мгновенно распадался на миллиарды мельчайших брызг, превращаясь в прозрачную пелену. Этого было достаточно, чтобы в содружестве с солнцем пробить в снежнике брешь.
Со стороны толщина окружающего воронку снежного покрова смотрелась внушительной и даже супер надежной, чтобы по самой кромке пройтись. Но как только нога ступала на мягкий, податливый снег, душа протестовала — «А-а-а, куда ты, голуба моя». Наша молодежь страха не знала, пытаясь заглянуть под самое дно.
Потоптавшись с полчаса на краю пропасти, берем курс назад — не вся программа этого дня до конца выполнена. В предвкушении обещанного перекуса наперегонки мы ринулись вниз. Конечно, спускаться по скользкому льду на подгибающихся ногах уже не то, да и не угнаться за молодой порослью, если не решиться на хитрый ход — отшлифовать ледяной склон своей пятой точкой. И быстро, и весело!
Небольшой отдых после стремительного спуска с перекусом красной рыбкой (какая ж Камчатка без нее) не убаюкал, напротив, привел меня несколько в чувства. Получалось, в момент штурма камчатского снежника, на Урале стояла глубокая ночь — 2 часа. Вот не знаю, захотелось бы мне штурмовать, к примеру, Вознесенскую горку в такое же время дома. Пока мы лакомились рыбкой, Вилючик медленно, но верно стал постепенно исчезать, прикрываясь плотными облаками. Значит, на перевале Вилючинский, где должна быть следующая остановка, вряд ли вулкан снова увидим. Или все же проявится? Вот интрига…
Перевал Вилючинский место популярное и известное, главное — доступное для всех колес, не то, что к водопаду, куда пешком только идти.
Из названия понятно, Вилючик должен быть где-то рядом и хорошо обозреваться наравне с другими вулканами-сопками с ровной площадки. В некоторых источниках утверждают, что в хорошую погоду с перевала можно увидеть 9 вулканов. Когда добрались, вездесущие облака все-таки заволокли небо, коварно прикрыв собой не только верхушку, но и сам уже знакомый вулкан. Вместо него красовалась лишь серенькая пустота, которую не посчитала почему-то нужным запечатлеть для истории. Ладно, за неимением реального покажу картонный.
Зато другие ближние сопки с полосками белеющего снега все еще темнели на фоне затянутого облаками неба. Лишь местами проглядывала небесная синева.
Даже когда вулкана Вилючинский не видно, о нем все равно напомнят тотемные столбы, олицетворение горных духов. В их существование издавна верили ительмены, или, как они себя называют, итэнмэн, — древнейшее коренное население, заселившее Камчатку лет 15 тысяч назад. А духи, как известно, бывают разными. Одни считались злыми, другие — добрыми.
Злые, по мифологии ительменов, жили внутри вулкана, топили печь. Идет дымок из жерла вулкана — это злые духи готовят обед. Чем может закончиться такая готовка, наверняка, ительмены знали не понаслышке. Вот и прозвали кочегаров этих гамулами, по-русски «вулканные люди».
Что могли противопоставить ительмены гамулам, чем оберечься. Да, собственно, особо ничем. Разве что хранить амулеты от разной напасти. Или обратиться к шаману. А можно поставить в поселениях деревянные столбы, вырезав на них подобие тех, кто гримасами своими отпугнет противных гамулов. В этих тотемах будут жить добрые духи, чтобы злых отгонять.
Так это или не так, кто запечатлен в этих стилизованных этнических тотемах на перевале — злые ли добрые, решать каждому самому. Мне хочется думать — это как раз тотемы для добрых духов. Иначе, зачем им «вручили» в лапы-руки курительную трубку, как символ пыхтящего дымом вулкана, рыбу — символ достатка и изобилия, к чему так стремились ительмены, будучи рыбаками, и бубен, как инструмент ритуального камлания шамана, кто изгоняет злых духов. Хотя, вроде бы, у ительменских шаманов и бубен-то не было, а роль шаманов выполняли женщины. Короче, этническая тема весьма занятна и немного туманна.
Перевал интересен не только тем, что невольно окунаешься в этнические размышления, но и экскурсом в ботанику. Это только на первый взгляд никакой связи между ботаникой и вулканами нет.
А вот и первый атрибут нового года! Не ёлки, конечно, вполне заменят их в здешних условиях кедровые стланники.
Так какая же связь? По многолетним ботаническим исследованиям Камчатки возрождаться растениям после вулканических извержений придется далеко не один год — от 150 до 5 тысяч лет! И первыми будут разного рода мхи, а уж потом цветочки и стланники. Так что, судя по великолепному многообразию растительности в районе перевала, действительно давненько серьезно здесь не трясло.
Мы прощаемся с такими разными окрестностями Вилючика и продолжаем путешествие по Южно-Камчатскому природному парку. В нём ведь столько интересного предстоит нам увидеть. Например, окрестности действующего вулкана Мутновский, да и сам вулкан позднее с его впечатляющими газами и парами. А еще, как обещано программой, по пути к домику-приюту даже летом не исключено встретиться с зимой и проехаться на снегоходе, а уж пройтись по цветочному ковру и увидеть четвероногих обитателей парка — все 100%. Что ж, проверим…
В окрестностях вулкана Мутновский
Наверное, каждый из нас замечал: один день промелькнет быстро, не оставив в памяти следа. Другой, как резиновый, вобрав в себя много, непохожих друг на друга событий, по ощущениям будет длиною в несколько дней. Вот и этот первый день был таким, словно из разных жизней. И немного философским. Так тому есть объяснимая причина…
Дмитрий останавливает машину у кромки льда. Дальше на километры тянутся снежные поля, всё еще не растаявшие в июле. Подтаявший снежник в тот день мы уже видели, а эти белоснежные дали, проглядывающие сквозь легкую прозрачную пелену, создавали бо́льший эффект. Казалось бы, снег, эка невидаль. А впечатление было чего-то ранее не виданного и сверхъестественного. И пахло морозом. Чудеса!
Именно в тот момент и возникло первое ощущение кануна нового года, почти такое, как в детстве. За окном стояли морозы под 40, и мама наряжала со мной ёлку. Даже те игрушки старые помню. Наверное, это хорошо, когда во время путешествия всплывают какие-то приятные воспоминания из той, уже такой далёкой детской жизни. По большому счету, в душе все мы в сущности дети, особенно в канун нового года, когда еще ждешь чудес.
Пока задумчиво пребывала в своих нахлынувших лавиной ощущениях, и не заметила, как ребята вытащили на снег механизмы. Вот и дождались своего часа снегоход и сани! Когда Дмитрий водружал их на прицеп еще в городе, росло недоумение — неужто пригодятся, и где найдем столько снега в июле, чтобы гонять на санях. Еще как найдём!
Кстати, кому интересно узнать значение слова «сани» или вспомнить: оно производное от старославянского «сань», означавшего — ползущий, скользкий. И ассоциировалось со змеей. И впрямь — скользят сани, сзади след от полозьев остаётся, словно змея проползла.
Сани, ах, сани! Какой же канун нового года без саней. Только вместо тройки лошадей — снегоход с его лошадиными силами, превышающими в разы. А на месте возницы всё тот же Дмитрий. Меня, как старейшину, чтобы сильно песком не обсыпалась, посадил на снегоход позади. Впрочем, и в санях попробовала, каково. Ну что, поехали!
Обмениваясь потом впечатлениями от езды в санях и на снегоходе, пришли к выводу: в санях менее комфортно. Вроде бы сидишь этакой боярыней вальяжной в санях (как тут не вспомнить небезызвестную боярыню Морозову), а в движении тело на невидимых ухабах то и дело, подпрыгивая легко, с тяжестью картофельного мешка хлопается обратно на сиденье. Душа-горемыка молча сползает в пятки. Но это еще не всё. Снег, вылетая из-под полозьев мокрыми хлопьями, лепит градом лицо. Ветер хлещет ему на пару, добавляя эмоций. И, если не укрыться попоной, даже гортексные штаны никак не спасут — из саней вылезешь, хохоча, мокрый и весь побитый. Зато ощущений — масса!
Наш санный поезд мчится вперед, оставляя позади борозды, снежную пыль и плывущие мимо сопки. Ну, здравствуй, зимушка-зима! Тебя совсем мы не ждали.
Вот чудаки, кто-то скажет, зиме радуются, видать не надоела за долгие месяцы. Да, это сейчас реальная зима за окном, она порядком успеет надоесть. А тогда стоял июль на дворе, и сочетание зримой зимы и календарного лета никак в голове не укладывалось. Потому, наверное, и радости было выше любой здешней сопки.
При взгляде на эти снежные просторы, освещаемые огромным белым диском с тщетными попытками растопить весь снег, не скрою, возникали подозрения: сейчас реально лето?