Кавалер ордена Красной Звезды, в прошлом — старшина ВДВ Евгений Короткевич о службе в армии, афганских спецоперациях и мужестве
Затяжной прыжок
Что-то слышали, но ничего не знали
После гомельской школы поступил в политехнический институт. Однако закончить учебу не довелось. Из военкомата пришла повестка:
— Про Афганистан мы все что-то слышали, но ничего не знали. Среди знакомых служивших там не было. Помню, товарищ спросил: «А если попадешь в Афган?» Я пожал плечами: «Буду служить, а что еще?» Хотя сам я туда не рвался.
Поддержать сына пришел отец. Зайдя в кабинет на призывном пункте, вышел оттуда бледным. Узнал, что идет набор команды в Фергану — город в Узбекистане, где находилась учебка ВДВ. Оттуда десантники отправлялись в Афганистан.
Путь пролегал через Москву. Там сформировали спецэшелон, заполненный одними призывниками. Спали даже на полу. Несколько суток сотни парней мучились в душных вагонах. Но главные испытания ждали впереди:
Перед отправкой в Фергану приехал отец. Евгения отпустили в увольнение:
— Пошли в ресторан, пили коньяк. Мне и сейчас тяжело представить, что пережил батя, точно зная, что через сутки я отправлюсь в Афганистан.
Нет смысла скрывать: дедовщина и в учебке, и в Афгане была жесткой. За малейший косяк били. Причем в бою «деды» нас берегли, в пекло не пускали. А как только в часть возвращаемся — все по-старому. Как это все сочеталось — не знаю.
Нелегко в бою
Служить Евгений Короткевич попал в 1179-й артиллерийский полк Витебской воздушно-десантной дивизии. Карантин для новичков из учебки был рассчитан на две недели.
Но для Евгения закончился через четыре дня:
— Вечером сидим в курилке. Приходит высокий парень — Вова Шульняев: «Кто из вас Короткевич? Со мной!» Идем, и он сообщает, что завтра я выезжаю на «боевые». Незадолго до этого погибли два бойца. На замену взяли меня и еще одного молодого. Рано утром собрались: автомат, снаряжение — и на броню. Мне сказали: «Только не усни. Упадешь — подбирать не будут». Да какой там сон?! Дорога узкая, идет серпантином. С одной стороны — скала, с другой — пропасть. А вокруг природа такой красоты, которой в жизни не видал.
Тот самый Шульняев оказался вычислителем — одним из специалистов, участвующих в управлении артиллерийским огнем. Эту же специальность предстояло освоить Евгению. Причем сразу на практике:
— Колонна прибыла в район кишлака Суруби. Расставили технику, окопали. Открыли огонь. Моя работа — сидеть за картами, получать сведения от корректировщиков, вычислять, координировать, озвучивать данные, которые тут же передает связист. И все это очень быстро, точно, без ошибок, под грохот орудий. Стресс огромный — хотя по тебе вроде и не стреляют. Таким был мой первый бой.
Мина в детской игрушке
На вопрос о количестве боевых выходов Евгений Короткевич пожимает плечами:
День рождения рассказчика ознаменовался очередным выходом — для участия в крупной операции. В провинции Кандагар шли ожесточенные бои:
Но еще больше, чем противника, все боялись мин, которых везде было множество. Противопехотные обычно не убивали, а калечили. А мины-ловушки могли оказаться где угодно. Например, в кассетном магнитофоне, который ухватит обрадовавшийся находке молодой боец, или в безобидной с виду детской игрушке.
Дело случая
Рассказывает Евгений Леонидович и о потерях, которых могло бы не быть:
— Периодически они случались из-за нарушения уставных правил. Где-где, а на войне они точно пишутся кровью. Как-то нас отправили искать пропавшую колонну стройбатовцев. И мы нашли — больше 40 трупов. Целыми из них остались только те, кто погиб сразу во время обстрела — от пули или сгорел в машине. По рассказам, выживших «духи» согнали в кучу, а затем привели жителей ближайшего кишлака и заставили, чтобы те забили солдат мотыгами до смерти. Такая методика устрашения своих. Как так вышло? В той колонне было всего несколько автоматов на всех. Они вообще не имели права никуда передвигаться. В нашем полку в этом плане была железная дисциплина. Поэтому, с учетом того что мы не вылезали из «боевых», за полтора года моей службы потери были небольшие.
Впрочем, и фактор слепого случая, не предусмотренный ни одним уставом, на войне отрицать нельзя. Евгений задумывается, будто колеблясь, но все же решает продолжить тему:
— Не знаю, как объяснить… В Афгане у меня будто чутье какое-то было. Подошел к ребятам-танкистам, стоим, курим, болтаем. А мне как-то не по себе, не знаю даже почему. Только отошел — откуда-то с гор прилетает мина. Обоих танкистов насмерть. Десять минут назад мы вместе курили, и вот я уже гружу их тела в ГАЗ-66.
Звезда на кителе
Орденом Красной Звезды десантник награжден за несколько боевых эпизодов. В том числе — за спасение командира полка:
Но когда узнал, что меня представили к ордену, удивился и до конца не верил, что получу его. И ладно еще медаль, но чтобы орден получить, требовалось совершить нечто невероятное. Тем не менее на дембель я ушел с Красной Звездой на кителе.
Нужно побывать — иначе не поймешь
— Из Кабула улетали 5 мая 1987 года. За пару дней до этого нас опять послали на «боевые»: мол, больше некого — молодые еще не готовы. Как же нам не хотелось идти! Такое гадкое чувство, будто обязательно что-то хреновое случится. Как в кино или книге — в последний момент. Слава богу, сходили спокойно и благополучно вернулись.
Последний пережитый в Афгане страх — при взлете. Ведь бывало, что как раз тогда наши самолеты и сбивали. Когда борт набрал высоту, все выдохнули. А после того как пилот объявил, что мы пересекли границу с СССР, орали от радости как сумасшедшие!
— Приехали в гостиницу, — Евгений рассказывает о первых шагах возвращения к гражданской жизни. — Бросили вещи и прямо в форме, беретах — в ресторан. А потом нас как стали тянуть за свои столики и гражданские, и военные. Расспрашивают наперебой, как там, что там в Афгане? А я не знаю, как рассказать. Ответил вопросом: «Вы плавали под водой? Что там видели?» Призадумались. Вот и я, говорю, описать не могу. Нужно там побывать — иначе не поймешь.
Пробыл в Ташкенте два дня. Билет на самолет пришлось брать через спекулянтов, переплатив 50 рублей. Зато пять часов — и ты в Киеве. А там меня уже отец с братом встречали. Я вернулся.
А был ли синдром?
Гражданская жизнь Евгения Короткевича сложилась ровно — закончил учебу в институте, завел семью. Работал на нескольких предприятиях, затем был инспектором госпожнадзора. До 2004 года служил в Гомельском областном управлении МЧС, уволившись в звании майора внутренней службы.
К понятию «афганский синдром» ветеран относится сдержанно. В чем-то даже скептически:
— Через несколько недель после возвращения меня вдруг накрыло. Со страшной силой захотелось назад. Мог часами сидеть на полу и слушать на кассетнике «афганские» песни. Даже собирался идти в военкомат писать рапорт.
Евгений говорит, что на войне было все проще: здесь свои — там враги. К тому же в СССР шла перестройка, начались разговоры на тему «мы вас туда не посылали». Но ведь и те, кто оказался в гуще битвы, тоже туда себя не посылали:
— Потом постепенно как-то все прошло. Кошмары не снились. Если и видел Афган во сне, то больше почему-то природу. Например, склон горы, весь покрытый красными маками. Такие сны, которые хочется видеть. Да, Афганистан был закалкой, испытанием, дал некий опыт. Романтических представлений о войне у меня не было — ни до, ни тем более после. Но и жестоким по отношению к людям я не стал. Конечно, у всех все по-разному. Если вдруг что-то не заладилось, проще всего списать на какой-то синдром свое безволие, лень, неумение преодолевать трудности и решать житейские проблемы.
Фото автора и из личного архива Евгения Короткевича.
Фергана учебка вдв сегодня что там видео
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
МЫ БЫЛИ СОЛДАТАМИ.
Последние советские
мальчишки
пьют кока-колу радуются жизни
цветут и пахнут верят
и молчат о всяком-разном
ищут смысл жизни и тащат
что-то на своих плечах
разбив коленки расцарапав ранки
тархун эклеры буратино
и баранки
не продаются ныне в дьюти-фри
и в середине самой страшной
пьянки
они трезвеют
и мыльные пускают пузыри.
«Мы рвались на войну за подвигами»
С ЭНТУЗИАЗМОМ… НА «ФРОНТ».
Игорь был в числе тех советских призывников, кто стремился служить в армии. Еще в школе он параллельно учился в ДОСАФ на радиста, три раза прыгал с парашютом. С детства воспитывался в патриотическом духе на героических примерах Великой Отечественной. Сказалась, бесспорно, жизнь в Бресте, где молодежь с раннего детства знакомится с подвигом бойцов Брестской крепости.
Об афганской войне Игорь знал столько же, сколько и весь Советский Союз: где-то в горах другого государства наши воины исполняют интернациональный долг. Слышал и о том, что военнослужащие периодически гибнут там. Но не более. В душе, несмотря на страх, Игорь с одноклассниками мечтал о подвигах, служба в армии казалась неиссякаемым источником романтики, служить хотелось, конечно, в элитных войсках. Шел призыв 1987 года.
Кто смотрел фильм 9 рота – видел что такое «ферганская учебка», где полгода готовили солдат для службы в Афганистане. Невыносимый для жителя средней полосы климат, недосыпание, недоедание и постоянные нагрузки: физические и моральные.
— До Ферганы мы добирались неделю. Представьте разницу: в Бресте осень, в Москве снег, а когда приехали в Ташкент – дикая жара. К климату долго привыкали. Как, собственно, и к самой службе. Первым делом нас обрили, выдали форму. Я поразился: все на одно лицо! Мы с одноклассником долго искали друг друга.
— Пища в общей столовой. Представляете, в тех условиях нас кормили жареной соленой селедкой. Не знаю, зачем ее жарили. Наверное, просроченная была. В общем, первое время сидели на хлебе с маслом и чае. Потом, правда, с питанием получше стало.
Неуставные отношения, по словам Игоря, были, что называется в разумных пределах.
— Сержанты, конечно, гоняли нас немилосердно. После первой утренней пробежки – уж не помню сколько километров отмахали – аж звездочки в глазах были. Зато потом стали фанатами бега. Серьезная физподготовка впоследствии помогала нам выжить.
Несмотря на строгий режим и интенсивность курсов, в учебке все же разрешались увольнения. Солдаты выходили в город, общались с местным населением.
— В Фергане очень понравились люди, отношение к нашим солдатам. Идешь, например, мимо рынка. Обязательно тебя продавцы позовут, накормят. Говорят, мол, их дети где-то в Союзе служат. Наверное, к ним тоже так хорошо относятся…
— Полгода учебки прошли. Нас никто как в фильме «9 рота» не спрашивал: хотим ли мы лететь в Афган или продолжим службу в другой части. Но, честно говоря, если бы спросили – никто бы из строя не вышел.
Солдаты зашли на борт самолета ИЛ-76 и отправились в сопредельную воюющую страну.
— Когда подлетали к Кабулу было страшно. Слышим выстрелы: думаем «началось»… Но оказалось, что это самолет отбрасывает тепловые шашки. Прилетели – где-то неподалеку взорвалась граната. В общем, первые впечатления составили. Угнетало сильно то, что над головой постоянно что-то жужжало: то вертушка, то самолет. По началу привыкнуть к этому было очень сложно.
Игорь служил радистом в батальоне связи. Брестчане, окончившие наш ДОСАФ, были там на хорошем счету. Задача Игоря – обеспечивать связь на дальние расстояния. Его радиостанция – кунг грузового автомобиля. Развертывалась она в считанные секунды. Этому тоже пришлось долго учиться.
— Плохих людей я не помню. Правда, ротного нашего мы терпеть не могли. Гонял нас постоянно: в 56 градусов жары одевал в химзащитный костюм и заставлял бегать. Тогда мы в этом смысла не видели, хотя теперь я понимаю, что таким образом он тренировал нас на выносливость. Выносливость и дисциплина – вот, что помогало нам выжить.
В дивизии действительно было немного потерь. За все время службы в батальоне Игоря погиб всего один солдат-сверхсрочник. И то на территории части.
— Он заступил в наряд по кухне, стоял в белом халате. Обычно дежурили по столовой офицеры или прапорщики. Вот душманский снайпер его и «снял».
Во многом порядок, дисциплина и, вместе с тем, здоровый микроклимат в части был налажен благодаря комдиву Павлу Грачеву, с которым Игорю доводилось общаться лично.
— К нам он относился в прямом смысле слова как батя. Сидим, например, в курилке. Он подойдет, за руку поздоровается, спросит как быт, как служба. Какую-нибудь байку или анекдот расскажет. Он очень хорошо относился к солдатам, мы отвечали ему тем же.
ОТ ПАКИСТАНА ДО ИНДИИ
Задача десантников в Афганистане была специфической: именно они громили караваны с наркотиками, уничтожали бандформирования по данным разведки. На жаргоне это называлось «ходить на войну». Так Игорь участвовал в десятках боевых операций от границы с Пакистаном и Индией до Советского Союза.
— Постепенно романтика куда-то улетучивалась. О подвигах мы уже, конечно, не мечтали, убивать никого не хотелось. Думаешь только как бы самому выжить.
Засады, обстрелы – привычное для афганской войны дело.
Вместе с тем, такой, вот, интересный факт: даже на боевых наши десантники умудрялись обеспечивать себе минимальный комфорт.
— Из Афгана мы выходили в числе последних в 1989 году. Я должен был уволиться в 1988 году, но нам сказали, что мы, оказывается, «приняли коллективное «дембельское» решение прослужить там еще немного, до вывода войск». От романтики, конечно, уже не осталось и следа, но гордость за то, что служил в ВДВ, сохранилась по сей день.
Возвращение домой было долгим. Сначала Термез, потом Витебск – место дислокации 103 дивизии, и только потом Брест.
— …Вышел из поезда и потекли слезы. От счастья. Пришел домой, а позвонить в дверь рука не поднимается… Нажал на кнопку звонка… На пороге стоит мама. И вот как сейчас помню – она отходит к стенке и медленно опускается… Глазам не верит… Первое время, конечно, было жутко непривычно. Как-то раз я спал, мама что-то на кухне готовила и с грохотом уронила металлическую крышку кастрюли. И тут же слышит шум в моей комнате – входит, а я еще полусонный, но уже полностью одетый стою. Настолько выработался рефлекс подрываться по тревоге.
Как ни странно, но об Афгане у Игоря больше положительных отзывов, нежели зла, боли или ненависти.
— Мне до сих пор снится кошмарный сон, что меня вновь призывают. А я в военкомате доказываю, мол, я уже там служил… И долг свой выполнил…
Фергана учебка вдв сегодня что там видео
Кстати.
Здесь упоминалось о целесообразности подготовки кадров для Афгана в Гайжюнайской учебке. Так вот, мое мнение:
Гайжюнайская учебка готовила специалистов и младший сержанский состав для ВСЕХ подразделений ВДВ, ее месторасположение и учебно-материальная база пожалуй была наиболее подходящей для этих целей (ИМХО).
(кстати, Литва была единственной из всех республик СССР где дислоцировались сразу две дивизии ВДВ:
— Гайжюнайская учебная дивизия ВДВ
и
— 7-я Гвардейская дивизия ВДВ. )
А вот уже в Фергане (после выпуска из Гайжюная), л.с. направленный в ДРА проходил адаптацию и аклиматизацию в условиях приближенных к Афганским. Так что на мой взгляд все логично и целесообразно (ИМХО).
| Цитата |
|---|
| skiff пишет Здесь упоминалось о целесообразности подготовки кадров для Афгана в Гайжюнайской учебке. Так вот, мое мнение: |
А вот уже в Фергане (после выпуска из Гайжюная), л.с. направленный в ДРА проходил адаптацию и аклиматизацию в условиях приближенных к Афганским. Так что на мой взгляд все логично и целесообразно (ИМХО).
| Цитата |
|---|
| skiff пишет Здесь упоминалось о целесообразности подготовки кадров для Афгана в Гайжюнайской учебке. Так вот, мое мнение: |
А вот уже в Фергане (после выпуска из Гайжюная), л.с. направленный в ДРА проходил адаптацию и аклиматизацию в условиях приближенных к Афганским. Так что на мой взгляд все логично и целесообразно (ИМХО).
| Цитата |
|---|
| albatros пишет А где именно в Фергане дислоцировался 387 учебный полк? |
Хороший вопрос.
Не помню. 19 лет прошло.
На прыжки ходили строем, стало быть, не очень далеко от аэродрома.
На пивзавод нас как-то возили, на мелькомбинат. То есть до них далеко.
До учебного центра ехать где-то час, если не ошибаюсь.
От тыльного КПП до складов надо идти минут 10 вроде.
Во, щас позвонил зёме, вместе призывались, вместе в учебке были, на улице Ленина полчок располагался.
В 1979 году 105-я гв. ВДД (345-й, 351-й и 383-й пдп; 730-й обс и др.) была расформирована. Был оставлен только 345-й опдп (Фергана). Воздушно-десантных дивизий, таким образом, стало насчитываться семь, в т.ч. одна учебная;
387 учебный полк Сформирован в Афганистане на фондах 345-го опдп как учебная часть. После вывода из Афганистана – расформирован
| Цитата |
|---|
| albatros пишет В 1979 году 105-я гв. ВДД (345-й, 351-й и 383-й пдп; 730-й обс и др.) была расформирована. Был оставлен только 345-й опдп (Фергана). Воздушно-десантных дивизий, таким образом, стало насчитываться семь, в т.ч. одна учебная; 387 учебный полк Сформирован в Афганистане на фондах 345-го опдп как учебная часть. После вывода из Афганистана – расформирован |
387-й полк в Фергане был, а не в Афгане.
учебным стал именоваться с 1985 года.
Там как раз в то время (летом) стали говорить о том, что офицерам звания должны повысить, вроде бы это связано с тем, что полк стал учебным.
Про авиаполк не помню такого.
| Цитата |
|---|
| albatros пишет В 1979 году 105-я гв. ВДД (345-й, 351-й и 383-й пдп; 730-й обс и др.) была расформирована. Был оставлен только 345-й опдп (Фергана). Воздушно-десантных дивизий, таким образом, стало насчитываться семь, в т.ч. одна учебная; 387 учебный полк Сформирован в Афганистане на фондах 345-го опдп как учебная часть. После вывода из Афганистана – расформирован |
387-й полк в Фергане был, а не в Афгане.
учебным стал именоваться с 1985 года.
Там как раз в то время (летом) стали говорить о том, что офицерам звания должны повысить, вроде бы это связано с тем, что полк стал учебным.
Про авиаполк не помню такого.
| Цитата |
|---|
| shuravi пишет А полчок мабуты авиационной в Фергане был. Прямиком через дорожку от первого кпп 387 полка. |
Фергана учебка вдв сегодня что там видео
| Цитата |
|---|
| змей-хазара пишет Привет Димыч, и командир отделения в которое я потом попал тоже там погиб. |
Ты будешь в Киеве 9-го мая? На собрании 56-й бригады объявленном?
Мы с Войтом, доктором батальона, прибудем, если форсмажёр какой не случится.
| Цитата |
|---|
| Ты будешь в Киеве 9-го мая? На собрании 56-й бригады объявленном? Мы с Войтом, доктором батальона, прибудем, если форсмажёр какой не случится. |
| Цитата |
|---|
| babrak пишет Относительно Чепика, кстати он родом из-под Минска, есть история от Саши Тумахи, на то время комвзвода 7-й роты 56 бригады, кратко: Слёг с желтухой, отправляли в Союз. На пересылке в Кабуле лежащий на соседней койке старлей в разговоре заметил: — Мироненко и Чепика знаешь? — Ну. — Это были мои бойцы, из моей роты. — Ну и объясни, старлей хренов, зачем твои бойцы оказались в горах с противотанковыми минами? Там танки вражеские встречали. |
| Цитата |
|---|
| Des пишет Почему с противотанковыми? Насколько мне известно мины были МОН-50 или МОН-100. Кстати они служили в разных подразделениях. |
ЗЫ: вчера вечером достал альбом, там на фотках в 301УПДП все ещё живые и молодые, весь наш взвод. Вечная память погибшим ребятам.
р-й Корнилов А.В. в бою но неизвестно где и при каких обстоятельствах
р-й Мередов К.-С. в районе н.п.Чинар попал в засаду
Вряд ли ваши, но что известно
Там БМДха упала в речку. И погибли семь человек из разведроты из Гардеза. Танки не присутствововали. Разве что из Газни, может быть.
Наш батальон на той операции потнрял лишь убитым радового/пулемётчика Немзорова из седьмой роты.
Убит был прямо в лоб.
Это у баракинских духов традиция, что-ль: на февральских Бараках 1984-го меня не убили, хотя поносил прям под их позициями в двухэтажном дувале, в двадцати метрах примерно, а солдата из взвода АГС точно в лоб положили через пару минут.
| Цитата |
|---|
| Сергей Асташов пишет А УМР и не была спортротой. Отбирались ребята с разрядами,а почему бы и нет? Никто не отменял занятий, нам,попавшим уже внутри роты в показушную команду, добавлялось еще и работа над выступлениями.Наш взвод был еще и караульным. А жесткая подготовка была по медицине.Столько таскали-вытаскивали,перевязывали,накладывали шины. Мне этих знаний до сих пор хватает. Из нашей роты 40 чел ушло в Афган-из 125.Выпуск осень 1980. |
Всех не перечислишь,из близких друзей-Лёха Сашкин из Балашихи.
Кто из воевавших помнит санинструкторов нашего выпуска?
Расскажите.
| Цитата |
|---|
| babrak пишет Там БМДха упала в речку. И погибли семь человек из разведроты из Гардеза. Танки не присутствововали. Разве что из Газни, может быть. Наш батальон на той операции потнрял лишь убитым радового/пулемётчика Немзорова из седьмой роты. Убит был прямо в лоб. |
Это у баракинских духов традиция, что-ль: на февральских Бараках 1984-го меня не убили, хотя поносил прям под их позициями в двухэтажном дувале, в двадцати метрах примерно, а солдата из взвода АГС точно в лоб положили через пару минут.
А, и Немзоров как раз был в группе лейтенанта Тумаха.
Всё связанно в этом мире.
с-т Сорокин Евгений Борисович
мл.с-т Сень Игорь Михайлович
р-й Мокейкин Владимир Иванович
пока это только предположение
Вспомнилась служба
После вчерашнего застолья, приняв лечебную рюмашку, прочитал Сокировского «»Идиота. Нахлынуло, «руки сами потянулися к печати». Бывальщина, не судите строго.
Вот как-то не довелось мне «хлебнуть» дедовщины. Нечаянно попал я в учебку ВДВ, легендарный литовский Гайжюнай. Посылали туда пацанов уже прыгавших с парашютом на гражданке, на весь вагон нас, не видевших вживую раскрывшийся купол было двое. Какие-то военкоматовские заморочки. Команду укомплектовали. После долгих девяти дней пути, показавшихся нам утомительными, наконец то прибыли в конечный пункт назначения.
К слову…после первых дней службы, думалось, куда блин торопился, все два года бы ехал в этом поезде!
Однако, после бани, расставшись с гражданской одеждой и переодевшись в солдатское хб, под низ кальсоны, о-о-о такой непривычный аксессуар, нас загнали в спортзал. Все это было ночью.
Пришли какие-то служивые при сержантских погонах и начали нас рассматривать, покупатели оказались. Меня пригласили к турнику…и о-о-о… позор, я не смог сделать ни разу подъем переворотом, хотя дома я это нехитрое упражнение делал.
Может сапоги помешали, не знаю, через неделю я крутился уже как надо, а через год, это упражнение я делал только с табуреткой зажатой ногами, иначе было неинтересно и слишком просто.
Вот так я и оказался курсантом 1-й УПДР, готовившей командиров.
Про эти шесть месяце можно рассказывать по недельно…остановлюсь на двух моментах.
Все это время я таскал гранатомет, ровно в три раза тяжелее автомата.
Назначение на должность произошло просто.
«В три шеренги становись!»
Первый автоматчик, второй пулеметчик, третий гранатометчик!
Подумалось, да пусть я лучше сдохну…
Кому довелось таскать гранатомет знает, бегать с ним, полбеды, а вот ползать, при сдаче норматива…это что-то трудно описуемое.
По окончании учебного процесса мне присвоили звание сержанта. Из роты, численностью 120 человек таких отличников было десять человек. Остальные получили на одну лычку меньше, ну а самым дубовым дали ефрейтора.
На третьем или четвертом месяце службы произошел такой случай.
Рота собиралась в наряд, наш взвод шел в караул.
Чтоб веселее переносить тяготы и лишения этой службы, нужно было традиционно сходить в магазин. Сигаретки, конфетки и т.д.
Все бы ничего, но солдатский магазин, «булдырь», был один на ДИВИЗИЮ. Там постоянно толпилось несметное число курсантов, стоять в очереди было утомительно и бессмысленно.
И вот я, ничтоже сумняшеся, втихаря снимаю с вешалки сержантскую шинель, под мышку и на улицу. Надеваю…как на мне и была. В «булдырь» вхожу по хозяйски, расталкиваю эту курсантскую шелупонь и к прилавку. Затарился. Но.. при подходе к казарме сталкиваюсь с взводным.
— Хляньте, я вам сэржанта нового привел!
Я думаю это сыграло определенную роль при назначении звания.
— Его на командира и учить не надо, уже и так справляется!
А про рапорт. Упомянутый Сокирой… Писал один раз, уже в Пскове. «Хочу защищать завоевания апрельской революции в демократическом Афганистане»
Так ротный эту бумажку на моих глазах в урну бросил.
— Героя хочешь получить.
— Если воевать тебе и придется, то только под моим командованием!
— Вот смотрю я на вас…в первом же бою, полроты я сам перестреляю, а с остальными приказ выполним!
