Кто на самом деле знал тайну превращения камня в золото: алхимики, оставившие след в истории
На Первом канале 30 и 31 июля будут показаны четыре заключительных эпизода полюбившегося зрителям сериала «Алхимик». Чем же он так понравился? Увлекательный сюжет и хорошая игра актеров, многие из которых хорошо знакомы любителям отечественного кино, стали залогом успеха сериала. И конечно же, многим интересна тема алхимии, полная тайн и загадок.
Что же такое алхимия?
Это и учение, и философия, которой посвящены многие книги, фильмы и даже компьютерные игры.
Самые знаменитые алхимики, имена которых остались в книгах и легендах, были выдающимися людьми своего времени, невероятно умными и всесторонне образованными. EG.RU вспоминает имена этих ученых.
Альберт Великий (1193-1280): создал искусственного человека
Поумневший Альберт провел несколько лет в Кельне, а затем переехал в Париж. Он изучал растения, минералы и животных, читал лекции и писал научные труды. Один из его пяти алхимических трактатов, дошедших до нашего времени, так и называется «Об алхимии».
Вот только эликсира молодости у алхимика явно не было, ведь он прожил всего 87 лет и под конец совсем потерял рассудок. Предупреждение Богородицы, таким образом, сбылось.
Арнольд де Вилланова (1240-1311): описал свойства ядов и противоядий
Известный врач и алхимик, знакомый с вышеупомянутым Альбертом Великим и с автором «Зеркала Алхимии» Роджером Бэконом, сперва изучал классические науки в Экс-ан-Провансе, затем медицину в Монпелье, после этого к списку мест, где он учился, добавилась Сорбонна.
Он был отличным врачом, но его нетрадиционные методики с использованием странных микстур, амулетов и гипноза вызывали некоторую нервозность со стороны Церкви. В своих трактатах он упоминал, что смог создать философский камень и превратить свинец в золото. Религиозные фанатики в итоге не выдержали и после смерти ученого сожгли едва ли не все его сочинения.
Но его важные труды, не связанные с алхимией, не погибли и служат людям до сих пор. Это описания ядов, противоядий, лечебных свойств различных растений и способов их употребления, а также знаменитый «Салернский кодекс здоровья».
Арнольд из Виллановы. Источник: Wikimedia bp
Раймонд Луллий (1235-1314): «озолотил» английского короля
Луллий, родившийся в городе Пальма-де-Мальорка, считается одним из родоначальников европейской арабистики и комбинаторики. По легендам, он был одним из величайших алхимиков всех времен, а началось всё в 1289 году, когда Арнольдо де Вилланова познакомил его с алхимией и научил создавать золото из тяжелых металлов. Согласно слухам, позже Луллий «сделал» для английского короля Эдуарда золота на шесть миллионов фунтов. Также ходили слухи, что алхимик получил эликсир бессмертия, но не стал его пить.
По другой версии, Луллий не занимался алхимией и осуждал её как ложное и безнравственное искусство. А то, что его превратили в алхимика, можно объяснить недоразумением. Дело в том, что название ars magna, ars universalis, которое ученый давал своему логическому методу, в тогдашнем словоупотреблении означало именно искусство превращать металлы и добывать жизненный эликсир.
Раймонд Луллий. Источник: Wikimedia
Василий Валентин (XV век): создал соляную кислоту и царскую водку
По всей вероятности, так звали монаха из монастыря бенедиктинцев в немецком Эрфурте. При жизни он не публиковал свои работы, но в середине XV века одна из колонн в Эрфуртском соборе раскололась и в ней нашли его алхимические трактаты, в том числе знаменитый «Двенадцать ключей к философии». Из трактатов следует, что Василий Валентин открыл сурьму и создал соляную кислоту, описал в своих трудах азотную и серную кислоты, царскую водку, нашатырь, сулему и другие соли ртути, некоторые соединения цинка, олова, свинца, кобальта.
Парацельс (1493-1541): предсказал гомеопатию
Парацельс известен абсолютному большинству читателей как врач и предтеча фармакологии, но он также занимался медицинской алхимией. Этот ученый был новатором. Идеи Аристотеля и Галена он считал устаревшими и показательно сжигал их книги. Он долго пытался создать философский камень, но не для изготовления золота, а ради получения эликсира бессмертия и чудодейственных лекарств.
Наша медицина многим обязана Парацельсу. Именно он предсказал современную гомеопатию, начал рассматривать процессы, протекающие в организме человека, с точки зрения химии и использовать минералы в изготовлении лекарств. Врач также посмеялся над теми, кто считал эпилепсию одержимостью дьяволом..
Он говорил, что всё же создал философский камень и будет жить вечно, но почему-то умер в 48 лет, упав с большой высоты.
Врач и алхимик Парацельс. Источник: Wikimedia
Николя Фламель (1330-1418): создал эликсир бессмертия
В фильме «Гарри Поттер и философский камень» имя этого алхимика произносят как «Николас», но он ведь француз. Николя Фламель торговал книгами в Париже и, переписывая одну из них, заинтересовался алхимическими трактатами. Вскоре он постиг тайну первичной материи и уже через три года, по его собственному признанию, изготовил в подвале философский камень. С помощью камня ученый превратил ртуть в серебро, а затем создал и золото.
В последующих столетиях Фламеля встречали в разных городах и странах. Так, путешественник Поль Люка, живший в XVII веке, разговаривал с неким дервишем и тот рассказал ему, что знал человека по фамилии Фламель, которому удалось создать эликсир бессмертия.
Веком позже священник Сир Морсель видел алхимика, когда тот работал в подземной лаборатории в центре Парижа, а в 1761 году Фламеля с женой заметили в парижской опере. Вместе с ними был сын, который родился в Индии.
Николя Фламель. Источник: Wikimedia
Бернардо из Тревизо (1406-1490): получил философский камень
Граф небольшого итальянского пограничного государства, подчинявшегося Венеции, стал изучать алхимию в 14 лет, с подачи отца. Он выпаривал кристаллы философского камня, пытался выделить первичную материю из куриных яиц, потратил всё свое состояние на поиски истины.
Он странствовал, продолжал поиски и, наконец, осел на греческом острове Родос. Именно там в возрасте 82 лет, за три года до смерти, тайна открылась перед Бернардо и он получил философский камень.
Он также открыл для себя секрет безмятежной жизни, который оказался весьма прост: человек должен довольствоваться тем, что у него есть.
Алхимик. Эликсир Фауста (2014)
Регистрация >>
В голосовании могут принимать участие только зарегистрированные посетители сайта.
Вы хотите зарегистрироваться?
содержание серий
1 серия.
1916 год. Профессор Александр Невельский вместе с сыном Сергеем, занимаясь алхимией, получает Эликсир Фауста, позволяющий людям бесконечно продлевать свою жизнь. Первым его пациентом становится Григорий Распутин. Английский разведчик Освальд Рейнер убивает Невельского и похищает все его записи и бутыль с эликсиром. В свою очередь его любовница, горничная «Астории», крадет у Рейнера этот напиток. В 1983 году умирающий Сергей Невельский рассказывает своему сыну Андрею про открытие деда. Одновременно к Андрею за эликсиром наведывается Марк Терентьев, сын той самой горничной из «Астории». Марку 65 лет. После ранений на войне Марк испробовал на себе целебную силу эликсира и теперь, чтобы не умереть, срочно нуждается в его новой порции.
2 серия.
Обнаружив спрятанный отцом флакон Эликсира Фауста, Андрей делится частью его с Марком и на деле убеждается, насколько эффективно действует вещество. На похоронах Сергея Невельского появляется чиновник Минздрава Болотин, который начинает проявлять повышенный интерес к семье Невельских. Будучи сам молодым ученым, Андрей намерен возобновить производство эликсира. Но для этого ему нужны материалы, которые невозможно достать официальным путем. Также для своих алхимических опытов ему необходим метеопрогноз о магнитных бурях. Он знакомится с Ольгой из института геофизики, и они начинают встречаться.
3 серия.
Капитан КГБ Белозер по своей инициативе принимается искать заказчика ртути и постепенно выходит на Андрея. Болотин инструктирует некоего Угрюмого, что именно тому необходимо тайно найти в доме Невельских. В свою очередь за Болотиным и его связями следит Марк. Терентьев убивает проникнувшего в дом Невельских Угрюмого, а вскоре тело Угрюмого обнаруживают у двери квартиры Болотина. В истории начинает проявляться масонский след, тянущийся еще с 1916 года. Андрей переходит на новую работу в Химико-технологический институт, где у него есть возможность пользоваться лабораторией.
4 серия.
Полковник КГБ Смарченко, получив указания от начальства, приказывает Белозеру заняться Андреем, но только «очень скрытно». Андрей с Ольгой подают заявление в ЗАГС и начинают совместную жизнь. Чтобы поправить свое материальное положение, Андрей через Марка продает часть своего алхимического золота. Андрей в институте с помощью эликсира «оживляет» лист герани. За этим опытом его застают Белозер и Алалыкин и забирают эликсир на проверку.
7 серия.
Марк в Лондоне проникает в особняк Освальда Рейнера и говорит ему, что он его родной сын. Анализ крови это подтверждает. Тем не менее Терентьев и Рейнер расстаются врагами. Август 1991 года. В России полный раздрай. Алалыкин ворует из КГБ служебные документы, в том числе и о деле алхимиков. Ольга при смерти. Андрей с семилетним Ваней продолжают создавать Эликсир Фауста, чтобы спасти ее. Марк возвращается в Москву. Алалыкин с напарником врываются в дом Невельских с обыском. Ваня не может им помешать, но он звонит другу семьи врачу Хвощеву, и тот, вооруженный пистолетом, заставляет КГБшников отступить.
8 серия.
В больнице умирает Ольга. Именно в это время Андрею и Ване удаётся синтезировать эликсир. К дому Невельских друг за другом съезжаются за эликсиром КГБшники, Болотин со своими подручными и Марк. Андрей отправляет Ваню спрятать документы, а сам запирается в подвале. Между непрошенными гостями происходит схватка, в результате которой Андрей получает смертельное ранение. Алалыкину удается скрыться. Белозер по долгу службы ведет расследование, но у него вскоре забирают дело. Чтобы минимизировать негативные последствия пережитого стресса, доктор Хвощев гипнотизирует Ваню, полностью блокируя его память.
9 серия.
Хвощев везет Ваню к Любе, но на него нападает киллер. Оказавшийся рядом Алалыкин забирает Ваню с собой. Мальчик ничего о себе не помнит, и Алалыкин вынужден его отпустить. Ваня попадает в психиатрическую лечебницу, где его находит Белозер.
Киллер пытается узнать у Любы об эликсире. Появление Белозера заставляет убийцу ретироваться. Тяжелораненая киллером Люба оформляет на Белозера опекунство над Ваней.
Проходит 20 лет. Молодая галеристка Юлия Байкова обращает внимание в Интернете на картины неизвестного художника, находящегося в психиатрической клинике, и решает получить права на его творчество. Юля приезжает в больницу и в ничего не помнящем творце узнает своего соседа детства по даче Ваню Невельского.
11 серия.
Юля забирает вернувшего память Ивана из лечебницы, и они начинают жить в доме Невельских, как муж и жена. Алалыкин, ставший помощником Болотина, пытается шантажировать своего босса. Болотин заказывает убийство Алалыкина. Государственная спецслужба ведет слежку за домом Невельских, но Ваня уничтожает все установленные «жучки». Иван дарит Юле дорогой антикварный браслет, который ссорит пару. Юля, испугавшись открывшихся экстрасенсорных способностей Невельского, уходит от Вани.
Фильмы и Сериалы 12+
О чем фильм
В 1916 году российский ученый Александр Невельский получает Эликсир Фауста — средство, позволяющее бесконечно продлевать жизнь. Английский разведчик Освальд Рейнер убивает алхимика и похищает чудесную жидкость, но сам становится жертвой обмана и теряет секрет производства эликсира.
Зрителей ждет история четырех поколений семьи Невельских, каждое из которых сталкивается с трудностями из-за своего чудесного изобретения. Доступ к эликсиру попытаются заполучить КГБ, любыми способами стремящийся сохранить жизнь Юрию Андропову, фронтовик, который благодаря чудесной жидкости прошел войну, масоны и загадочный шпион Рейнер, который почти за сто лет с момента изобретения эликсира практически не изменился.
«Алхимик» — это и приключения, и мистика, и любовь на все времена. Где-то это сказка, что будет интересно зрителям. Но главное в фильме не алхимия, а преображение характеров героев, которые проходят сквозь время. Это история о художественной страсти, о любви, о возможности жить вне времени.
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/0/large/8620_large_9cb3520bb1.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
О команде
Александра Невельского и его сына Сергея, которые в начале XX века изобрели эликсир вечной молодости, сыграли Владимир Коренев и Игорь Ясулович. Роль внука ученого, Андрея, который становится главным героем второй части сериала, исполнил Игорь Петренко. А правнука Ивана, которому предстоит завершить историю «Алхимика», — Павел Баршак.
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/1/large/8621_large_f3a21d4f17.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
Владимир Ясулович получил первую роль еще в 1961 году — в фильме «Девять дней одного года». Всего в послужном списке актера более 200 ролей, в том числе и в сериалах. Зрители Первого помнят его в семейной саге «Серебряный бор» и в приключенческом детективе «Обратная сторона Луны».
Звезда фильма «Водитель для Веры» Игорь Петренко в последнее время активно снимается в громких проектах, среди которых шпионский триллер «Спящие» и исторический блокбастер «Викинг».
Я получил колоссальное удовольствие от работы с режиссером Александром Александровичем Муратовым, мои партнеры Артем Ткаченко, Виктор Раков, Света Иванова — блестящие. Многое мы придумывали, импровизировали, у нас была творческая команда.
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/4/large/8644_large_6ad7241849.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
Павел Баршак громко заявил о себе главной ролью в фильме Алексея Учителя «Прогулка», а потом много снимался в сериалах, в том числе в детективе «Крапленый», боевике «Опережая выстрел», мелодраме «Поделись счастьем своим».
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/2/large/8642_large_77184ebfff.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
Жену Андрея Невельского и мать Ивана сыграла Светлана Иванова, трехкратная номинантка на премию «Золотой орел» (за сериалы «Вербное воскресенье» и «Следователь Тихонов» и фильм «Легенда №17») и исполнительница главных ролей в медицинском сериале «Тест на беременность», военной драме «Крепость Бадабер» и мелодраме «Герой».
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/5/large/8645_large_bf5c4638e9.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
Роль английского разведчика Освальда Рейнера, который во что бы то ни стало старается заполучить эликсир, досталась Федору Лаврову (Костя Паршин в «Оттепели», Гуртовой в «Господах-товарищах», Глеб Салтыков в «Кровавой барыне»).
Фронтовика Марка Терентьева, который остался в живых благодаря эликсиру и всячески оберегает его изобретателей семью Невельских, сыграл Артем Ткаченко, которого зрители Первого совсем недавно видели в сериале «Sпарта». Кроме того, на его счету роли в сериалах «Красная королева», «Вольная грамота» и «Долгий путь домой».
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/6/large/8646_large_7813e8442c.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
Кроме того, в «Алхимике» задействованы Виктор Раков («Убить дракона», «Юнона и Авось», «Однажды в Ростове»), Евгения Добровольская («Механическая сюита», «Небесный суд», «Петр Лещенко. Все, что было…»), Андрей Ильин («Анкор, еще анкор!», «Каменская», «Без свидетелей»), Юрий Беляев («Единожды солгав», «Порох», «Кука»), Борис Щербаков («Гостья из будущего», «Овечка Долли была злая и рано умерла», «Мама-детектив»), Юлия Рутберг («Частное пионерское», «Орлова и Александров», «Доктор Тырса») и другие артисты.
» data-role=»image» src=»https://static.1tv.ru/uploads/photo/image/8/large/8618_large_84b739a0aa.jpg»> Изображение © ЗАО «Кинокомпания ФаворитФильм»
О съемках
Основные съемочные локации — Белоруссия и Москва. Дом Невельских снимали в усадьбе под Минском, где расположен музей прикладных промыслов. Обстановка дома менялась для каждого поколения семьи и, соответственно, для разных эпох, с начала XX века до наших дней. Часть декораций художник-постановщик Александр Максимович подобрал по историческим документам, часть обстановки создана при помощи компьютерной графики. После съемок в музее была создана специальная экспозиция, посвященная алхимикам.
В «Алхимике» есть элемент экшна — драки, погони и убийства. Многие трюки актеры исполняли сами, без помощи каскадеров. Особенно тяжело пришлось Артему Ткаченко и Виктору Ракову. Последний даже получил на съемках сотрясение мозга.
В одной из драк меня бьют бутылкой по голове. Использовалась, конечно, не стеклянная, а сахарная бутылка. Но все равно она оказалась тяжеловатой — в результате у меня произошло легкое сотрясение мозга. Зато этот дубль вошел в картину. К счастью, съемки не прерывались: травма оказалась не до такой степени серьезной. Мы сняли эпизод, и я уехал в Москву отлеживаться.
Что осталось за кадром сериала «Алхимик»
Мистический многосерийный фильм, премьера которого состоялась на Первом канале, рассказывает о неутомимых искателях эликсира вечной молодости и их приключениях
Сюжет сериала закручен лихо. 1916 год. Профессор Александр Невельский, занимаясь алхимией, получает эликсир Фауста, позволяющий людям бесконечно продлевать свою жизнь. Английский разведчик Освальд Рейнер убивает Невельского и похищает все его записи и флакон с эликсиром. В свою очередь, его любовница, горничная «Астории», крадет у Рейнера этот флакон.
Дальше история разворачивается в наше время, вовлекая в свой водоворот все новых персонажей. Тут и сотрудники КГБ, и масоны, и рыцари-одиночки, и наследники династии алхимиков. Всего мы видим четыре поколения алхимиков Невельских. Старшего — Александра Невельского — сыграл незабвенный Ихтиандр, актер Владимир Коренев. Его сына Сергея на экране воплотил Игорь Ясулович, внук Андрей «достался» Игорю Петренко, а роль правнука Ивана сыграл Павел Баршак. Вообще в этом сериале режиссера Александра Муратова снялись одни звезды российского кинематографа: помимо вышеупомянутых актеров в «Алхимике» задействованы Артем Ткаченко, Виктор Раков, Светлана Иванова, Юрий Беляев, Евгения Добровольская, Андрей Ильин, Борис Щербаков.
«Я получил колоссальное удовольствие от работы с режиссером Александром Александровичем Муратовым, мои партнеры — Артем Ткаченко, Виктор Раков, Света Иванова — блестящие. Многое мы придумывали, импровизировали, у нас была творческая команда», — вспоминает о своей работе Игорь Петренко.
«Алхимик» — это и приключения, и мистика, и любовь на все времена, а где-то сказка, что будет интересно зрителям, — говорит о своей работе Александр Муратов. — Но главное в фильме не алхимия, а преображение характеров героев, которые проходят сквозь время. Это история о художественной страсти, о любви, о возможности жить вне времени».
Как считают создатели сериала, главный вопрос, который задается в фильме, — что такое бессмертие и нужно ли оно вообще человечеству. Ведь если человек не нашел своего призвания, то долгие годы жизни, возможно, и не принесут ему счастья. Хотя сами актеры порой с некоторой опаской относятся к алхимикам.
Например, Артем Ткаченко, который сыграл Марка Терентьева, внебрачного сына английского разведчика Освальда Рейнера и горничной из «Астории», в мистику и эзотерику верит с осторожностью, а в эликсир бессмертия — с большой натяжкой. Поскольку, как он считает, его очень давно ищут, на протяжении тысячелетий.
«А правители как уходили, так и уходят, — улыбается актер. — Наверное, не там ищут его, не в тех местах. Вот Пушкин нашел эликсир бессмертия, Маяковский нашел, Лермонтов. Моему герою Марку Терентьеву эликсир бессмертия когда-то спас жизнь. Жил он во времена Великой Отечественной войны. И если бы не эликсир, он бы погиб. Неизвестно, стал ли мой герой продлевать себе жизнь осознанно — просто ради того, чтобы продолжать жить. Но в контексте нашей картины он это делает, потому что у него есть некое высшее предназначение — он хранит тайну эликсира Невельских. Интересная штука заключается в том, что это именно тот эликсир, который искали и древние греки, и китайские императоры. Простой люд как бы не интересовался вечной жизнью. Но я хотел сказать о том, что жить нужно сегодняшним днем, а не глядя в далекое будущее. Нет, надо жить здесь и сейчас и получать от этого удовольствие».
С ним солидарен и Виктор Раков — он в сериале играет положительного милиционера, который готов каждому прийти на помощь. «Мой герой относится к мистике со скепсисом, — говорит актер. — Тут мы с ним совпадаем. Для меня гораздо более важны явления реальные и насущные: моя семья, работа, премьеры будущего сезона…».
Виктор Раков, к слову, во время съемок получил травму. Вот как сам он вспоминает о произошедшем: «В одной из драк меня бьют бутылкой по голове. Использовалась, конечно, не стеклянная, а сахарная бутылка. Но все равно она оказалась тяжеловатой — в результате у меня произошло легкое сотрясение мозга. Зато этот дубль вошел в картину. К счастью, съемки не прерывались: травма оказалась не до такой степени серьезной. Мы сняли эпизод, и я уехал в Москву отлеживаться».
В картине показаны разные времена и эпохи, которые отразились в исторических костюмах, прекрасном гриме и реквизите. Снимали фильм в Белоруссии и России. Дом Невельских расположили в старой усадьбе в Музее прикладных промыслов под Минском. В фильме даже использовали предметы экспозиции об алхимиках начала прошлого века. Художник-постановщик Александр Максимович реконструировал и преображал этот музей под разные поколения в фильме, что-то искал по документам, что-то создатели дополняли с помощью компьютерной графики. Именно поэтому так достоверно показано и время настоящее, и далекое прошлое.
8. Фауст
В настоящее время одно лишь упоминание о Возрождении вызывает в памяти целую галерею выдающихся имен. В первую очередь мы вспоминаем величайших художников: Джотто, Боттичелли, Леонардо, Микеланджело, Дюрера, Брунеллески, Донателло, Палладио, Рабле, Ронсара, Марло, Шекспира, – а также покровителей искусств, таких как Лоренцо де Медичи, Людовико Сфорца, Гонзага из Мантуи. Мы вспоминаем о династии князей Борджиа, прославившихся своими политическими интригами и борьбой за власть. Мы вспоминаем имена мореплавателей, исследователей и завоевателей: Васко да Гама, Генриха Мореплавателя, Колумба, Веспуччи, Магеллана, Дрейка, Рэли, Кортеса, Писарро, – а также религиозных деятелей, таких как Лютер, Цвингли, Кальвин и Джон Нокс, и писателей-гуманистов Эразма и сэра Томаса Мора. Мы вспоминаем монархов, оставивших заметный след в истории: французского короля Франциска I, императоров Священной Римской империи Карла V и Рудольфа II, Филиппа II Испанского и Елизавету I Английскую.
Однако за всеми этими личностями вырисовывается основополагающая фигура Фауста, мага эпохи Возрождения, со всеми ее позитивными и негативными аспектами. В этой личности воплотилось господствовавшее в те времена мышление – душевный подъем, духовный и моральный (или аморальный) контекст и мандат, обещание, ожидание и оптимизм, лежавшие в основе всех действий и оправдывавшие их. Художники и их покровители, путешественники и завоеватели, богословы, гуманисты и монархи – все действовали в твердом убеждении, что создают лучший, более духовный мир, в котором знания и власть, как никогда прежде, объединятся вместе, провозглашая наступление новой зари человечества. Именно эту особую связь знания и власти наиболее ярко воплотила в себе фигура Фауста, или мага эпохи Возрождения. С приходом Возрождения Фауст превратился в главный архетип и парадигму современного западного человека, основной миф самоидентификации западной культуры и западной цивилизации.
С немецкого языка «Фауст» переводится как «первый», и большинство современных комментаторов, не считая этот факт особенно важным, предпочитают не углубляться в него. В переводе с латыни «Фауст» означает «счастливый» или «удачливый». Можно вспомнить, что именно так называл себя Симон-волхв, который якобы путешествовал в компании блудницы, считая ее реинкарнацией Елены Троянской. В большинстве вариантов истории Фауста, включая пьесу Марло и поэму Гете, главный герой использует свои сверхъестественные возможности, чтобы вызвать тень Елены и соединиться с ней. Можно возразить, что, по крайней мере, в пьесе Марло он подвергается вечному проклятию, поскольку союз с Еленой означает союз с суккубом, бестелесным демоническим существом. По мнению такого комментатора, как Жорис Карл Гюисманс, соитие с таким существом – инкубом мужского пола или суккубом женского пола – является тайным, запретным и распространенным «прегрешением против Святого Духа», грехом, который не подлежит прощению.
Несмотря на то что личность Фауста быстро обросла огромным количеством легенд и мифов, как устных, так и литературных, такой человек действительно существовал. Первое упоминание о нем встречается в письме, которое было написано в 1507 году алхимиком и философом-герметиком Тритемием и в настоящее время хранится в библиотеке Ватикана. В послании, адресованном Иоганну Вирдунгу, последователю герметизма и придворному астрологу[138] при дворе курфюрста Пфальцского в Гейдельберге, Тритемий сообщает следующее:
Комментарии Тритемия интересны во многих отношениях Безотносительно Фауста они свидетельствуют об увлечении Франца фон Зиккингена герметизмом. Зиккинген был близким другом Ульриха фон Хаттена и одним из самых могущественных «Вольных рыцарей» и лидеров так называемого Восстания рыцарей против властей империи. Подобно Фаусту, он приводил в восхищение Гете и стал одним из основных персонажей его драматической поэмы «Гец фон Берлихинген», в которой описывается Восстание рыцарей.
Что касается самого Фауста, то нарисованный Тритемием портрет открывает перед нами убогую и печальную картину. Вместо величественного мага перед нами предстает мелкий шарлатан и педераст. Однако Тритемий явно разглядел связь между Георгием Сабелликусом и библейской фигурой Симона-волхва. Возникает вопрос, не является ли само имя Фаустус, которое использует Тритемий в своем уничижительном описании. просто намеком на то, что этот человек – жалкий подражатель библейского волшебника.
В любом случае – было ли оно придумано Тритемием, или его взял себе сам Георгий Сабелликус – это имя осталось в истории. То же самое относится и к характеристике, которую дал этому человеку Тритемий. Ни одно из нескольких дошедших до нас последующих упоминаний о Фаустусе нельзя назвать лестным. В письме от 3 октября 1513 года Конрад Муциан Руф утверждает, что встречал Фаустуса, слышал, как тот «разглагольствовал на постоялом дворе», и говорит, что он показался ему «просто хвастуном и глупцом…»[139].12 февраля 1520 года Фаустус якобы был в Бамберге и составил астрологический прогноз для городского епископа, дружившего с Ульрихом фон Хаттеном. В бухгалтерской книге епископа есть запись, датируемая этим числом, о выплате гонорара за гороскоп «философу доктору Фаустусу»[140].17 июня 1528 года перепись в Ингольштадте зафиксировала присутствие «доктора Йорга Фаустуса фон Хайдлеберга», который вскоре после этого был выслан из города[141].
Перед высылкой Фаустус якобы утверждал, что он является рыцарем ордена св. Иоанна и главой одного из отделений ордена на границе австрийской Каринтии. Кроме того, по свидетельству горожан, он выступал с астрологическими прогнозами, например о том, что пребывание Солнца и Юпитера в одном созвездии благоприятно для рождения пророков. Фаустуса называли «Георгий Фаустус Хельмштет(ский)»[142]. Расположенная близ Гейдельберга деревушка Хельмштет дала современному исследователю Фрэнку Барону возможный ключ к разгадке тайны личности Фаустуса. Барон просмотрел записи Гейдельбергского университета в поисках студентов из Хельмштета и нашел одного Георгия из Хельмштета, который учился в Гейдельберге с 1483 по 1487 год. Из шестидесяти семи студентов, присутствовавших в списках в этот период, он был одним из двух, отказавшихся указать свою фамилию. 12 июля 1484 года он получил степень бакалавра искусств, а 1 марта 1487 года удостоился звания магистра[143]. Это вся дошедшая до наших дней информация о происхождении исторической личности по имени Фаустус. Не очень-то много.
В мае 1532 года, через четыре года после выдворения из Ингольштадта, Фаустус якобы всплывает в Нюрнберге. В муниципальной книге есть запись, сделанная рукой выборного бургомистра: «Доктору Фаустусу, известному содомиту и знатоку черной магии… в охранной грамоте отказать»[144].
В 1534 году кузен Ульриха фон Хаттена Филипп фон Хаттен, известный под именем Фелипе де Урра, вместе с испанской экспедицией отправился в Новый Свет. Впоследствии он пропадет без следа в джунглях Ориноко, тщетно пытаясь отыскать легендарный затерянный город Маноло. В одном из последних своих писем, датированном началом 1540 года и отправленном с территории современной Венесуэлы, он сообщает, что «философ Фаустус попал в точку, поскольку у нас выдался плохой год»[145]. Это значит, что Филипп или кто-то из его знакомых консультировался с Фаустусом и получил его прогноз еще до отплытия экспедиции.
Последнее документальное упоминание об историческом Фаустусе самое краткое и в то же время самое волнующее и провокационное. В 1534 году мессианская секта голландских анабаптистов захватила власть в Мюнстере. Объявив город новым Иерусалимом и назвав своего лидера «Царем Сиона», они стали ждать якобы неминуемого конца света, предаваясь разнузданным оргиям и массовым убийствам. Напуганные восстаниями анабаптистов на севере Германии и в Нидерландах, местные князья объединились, набрали армию и в начале 1535 года осадили Мюнстер. 25 июня город, наконец, был захвачен. Документальные свидетельства присутствия Фаустуса в городе относятся именно к этому дню[146]. Не сохранилось никаких указаний на то, что он делал в Мюнстере, был ли он среди защитников или в рядах атакующей армии. Нет никаких сведений и о его дальнейшей судьбе – или о том, удалось ли ему бежать, если он сражался в рядах оборонявших город. Точная дата смерти Фаустуса неизвестна, но принято считать, что он умер не позднее 1539 года.
Такова достоверная информация, касающаяся исторического Фаустуса. По мнению Фрэнка Барона, слухи о его договоре, или соглашении, с дьяволом исходили главным образом от Лютера.
«Одним из основных факторов, способствовавших возникновению легенды о Фаусте, можно считать влияние Лютера. На ранней стадии, когда был еще жив реальный Фаустус, Лютер выступил с первыми заявлениями, в которых маг Фаустус был объявлен пособником дьявола, и эта связь присутствует почти во всех историях, сочиненных после смерти Фаустуса»[147].
Вполне вероятно, что Лютер признавал тезис о различии – впервые озвученный в Средние века и поддерживаемый такими герметиками. как Фичино, Пико делла Мирандола и Рейхлин, – между божественной, или природной, магией и мелким колдовством, некромантией и волшебством. До нас не дошло никаких сведений, например, что он выступал с обвинениями в адрес таких известных современников, как Агриппа. Однако фигура Фаустуса – в том виде, в каком она предстает пред нами в сохранившихся документах, – вне всякого сомнения, являлась законной добычей. Для Лютера любая магия, которой владела подобная личность, носила сатанинский характер. К 1540 году Фаустус уже прочно утвердился в лютеранских проповедях в качестве отрицательного примера. В одной из них он открыто сравнивается с Симоном-волхвом: «Симон-волхв пытался взлететь на небеса, но молитва Петра заставила его упасть… Фауст попытался проделать то же самое в Венеции. Но он был с силой брошен на землю»[148].
К 60-м годам шестнадцатого века легенда о Фаусте как о человеке, «породнившемся с дьяволом», получила широкое распространение. Примерно в то же время данное ему при рождении имя Георгий, или Георг, по неизвестным причинам было заменено на Иоганн; в пьесе Марло, написанной в 1593 году, Фауста зовут Джон – это английский вариант имени Иоганн. В 1562 году один из самых усердных учеников Лютера Филипп Меланхтон написал и опубликовал биографию «Иоганна Фаустуса». Эта книга вызвала живой отклик у населения и в течение последующих сорока лет переиздавалась девять раз. Если посчитать различные издания, то к концу шестнадцатого века были напечатаны шестнадцать вариантов истории о Фаусте. Так, например, в них сообщалось, что Фаустуса постоянно сопровождал злой дух Мефистофель в облике черной собаки. Именно отсюда, как мы увидим позже, берет начало посмертное объединение в общественном сознании Фаустуса с Агриппой.
Во всех ранних – то есть относящихся к шестнадцатому и семнадцатому векам – версиях истории о Фаусте самого Фауста неизбежно ждет плохой конец. Даже Марло, объявивший себя атеистом, полагал, что обязан уважать религиозные чувства своих читателей, и изобразил главного героя навеки проклятым. Показная мораль здесь очевидна – соглашение с так называемой «нечистой силой» неизбежно обрекает на вечные муки. Под этой лежащей на поверхности моралью тем не менее есть более тонкий подтекст, отражающий непримиримую враждебность церкви – и христианства в целом – науке. Причиной проклятия Фауста становится вовсе не договор с дьяволом. Это и не жажда власти. В любой версии истории о Фаусте, включая более поздний вариант Гете, основным побудительным мотивом главного героя является жажда знаний. Именно эта жажда ставила на него клеймо «греха» в глазах христианина. Именно эта жажда становится причиной договора с дьяволом, а власть является не более чем побочным продуктом заключенной сделки. С точки зрения христианства все знание, не получившее одобрение церкви, является по сути своей греховным – по существу, это сфера деятельности дьявольского «соблазнителя», который еще в Эдемском саду уговорил Еву попробовать плоды с древа познания. В иудаистско-христианской традиции грехопадение Адама и Евы и утрата ими девственной чистоты являются прямым следствием того, что они вкусили плодов с древа познания. Таким образом, история Фауста – по крайней мере, в ее христианском варианте – демонстрирует антипатию, с которой относились к знаниям церковные ортодоксы. Это красноречивое свидетельство не только того, насколько сильным было стремление церкви монополизировать знания, но и того, что церковь использовала всю свою власть, чтобы держать паству в состоянии ужасающего невежества.
Каковы бы ни были грехи реального Фаустуса, Фауст из мифов и легенд виновен совсем в другом. В глазах церкви его вина состоит в жажде знаний и в поиске средств для утоления своей жажды. Эти средства лежат за пределами христианского учения. Именно поэтому они должны быть объявлены дьявольскими.
В более поздних версиях истории – особенно, конечно, в поэме Гете – стремящегося к знаниям Фауста не всегда ждет печальная судьба. Не признается он также виновным с точки зрения морали или теологии. И действительно, Фауст Гете в финале поэмы не только обретает спасение, но и становится фигурой, равной Прометею. Он занят таким земным и прозаическим делом, как отвоевывание земли у моря, – по мнению Гете, этот процесс должен символизировать пробуждение сознания. Кроме того, не все исторические прототипы Фауста приняли муки. Более того, страдания тех, кто был наказан за свою тягу к знаниям, были делом человеческих рук, а не высших сил.
В действительности у Фауста было несколько прототипов – исторических личностей, которые более точно, чем шарлатан шестнадцатого века, соответствовали персонажу мифов и легенд. Если отвлечься от итальянского происхождения и окружения, то многие черты Фауста можно обнаружить у Пико делла Мирандолы. Еще большее сходство с литературным персонажем обнаруживается у человека по имени Тритемий, в письме которого содержится первое из дошедших до нас упоминаний о Фаустусе.
Тритемий родился в семье виноградарей по фамилии Хейденберг, но в качестве литературного псевдонима выбрал латинизированное название родной деревушки Триттенхейм, расположенной на берегу Мозеля. Жадный до знаний и не по годам развитый молодой человек приступил к выполнению сложной программы самообразования, которая обеспечила ему место в университете Тревесе, а к двадцати годам репутацию эрудита. Тритемий также учился в Гейдельберге и был членом действовавшей там герметической академии Рейхлина. В 1482 году во время путешествия он остановился на ночь в монастыре неподалеку от Спонгейма и нашел обстановку там настолько подходящей для себя, что принял постриг и остался. Похоже, в основе его решения лежала не столько набожность, сколько соображения иного рода – изоляция и обособленность от все более неспокойного светского общества, доступ к книгам и материалам для алхимических и научных опытов, идиллическое уединение. Тем не менее через год он был возведен в сан аббата и провел в нем еще двадцать один год. В этот период он уделял много времени и сил восстановлению и реконструкции монастыря; он собрал библиотеку, в которой насчитывалось более 2000 томов – достаточно много для той эпохи и того места. Но он нажил себе могущественных врагов и в 1506 году был вынужден оставить свое послушание. В конце этого же года его избрали аббатом монастыря в Вюрцбурге, где он и скончался в 1516 году.
В 1499 году Тритемий попал под подозрение – то ли он, по его собственному выражению, «хвастун и лжец», то л и связался с демонами. Отчасти эти обвинения были вызваны его увлечением философией герметизма, что, естественно, вызывало недовольство клерикалов. Еще одной причиной обвинений стали ссылки на книгу, к сочинению которой он приступил и которая вышла в 1506 году под названием «Стенография». В основу книги легло убеждение Тритемия, что истинно чистые душой и образованные люди способны при помощи телепатии передавать идеи своим единомышленникам на значительные расстояния. Говоря о своей работе, Тритемий выражал намерение рассмотреть вопросы телепатической связи, тайнописи, революционный метод быстрого изучения иностранных языков и «многие другие предметы, не подлежащие публичному обсуждению»[149]. Фактически же самым ценным оказался вклад, который эта книга внесла в криптографию. Тритемий разработал методы, которые впоследствии стали стандартными приемами шпионажа, когда два агента сообщаются друг с другом посредством кодированных ссылок на один и тот же текст. Даже в те времена система Тритемия была признана, высоко оценена и нашла свое применение в политике. Неудивительно, что полвека спустя о его книге восторженно отзывался Джон Ди, который был не только сторонником герметизма, но и шпионом Елизаветы II.
Не вызывает удивления также тот факт, что некоторые современники Тритемия при виде рукописи или печатного издания книги ошибочно принимали его сокращенное письмо и криптографию за каббалистический или магический текст, содержащий запретные тайны. Сам Тритемий не предпринимал никаких усилий, чтобы разубедить подобных глупцов. Кроме того, он действительно сочинял другие труды по предметам, в увлечении которыми его обвиняли. Он писал, например, работы по магии и алхимии. Он цитировал самый главный из герметических текстов, «Изумрудную скрижаль». Он демонстрировал характерный для герметизма и каббалистических учений интерес к оккультным свойствам числа. Он пытался разработать методику вызова неизвестных и сверхъестественных сил, при помощи которых можно было бы управлять реальным миром. Сам Тритемий считал эти силы ангельскими – хотя бы вследствие душевного состояния и морального контекста, в котором он вызывал их. Другими словами, он занимался тем, что получило название «белой магии». Другие называют ее «ангельской магией». Фрэнсис Йейтс определяет эту разновидность магии как «практическую магию, или магию сил»[150].
Тритемий предпринимал активные попытки использовать взаимосвязь между микрокосмом и макрокосмом, но ограничивался при этом схемой, которую считал ангельской. Однако его методика не очень отличается от той, которую применяли другие, не такие чистые душой маги для вызова демонических сил. Для постороннего наблюдателя или для благочестивого христианина разница будет почти не видна – за исключением того, что в своих заклинаниях Тритемий называет имена ангелов, а не демонов. Таким образом, нетрудно представить себе, каким образом Тритемия стали считать магом и отождествлять с легендарной фигурой Фауста.
Как уже отмечалось выше, именно в одном из писем Тритемия встречается первое дошедшее до нас упоминание о Фаустусе. Тритемий в своем письме обрушивается на Фаустуса, но в то же время своим собственным поведением и манерами позволяет отождествлять себя с мишенью своей критики. И действительно, некоторые детали, которые впоследствии приписывались Фаустусу, первоначально ассоциировались с Тритемием.
Так, например, он провозглашал себя более сведущим и компетентным магом, чем Фаустус. Он также описывал страдания, которые навлек на него вызванный им демонический дух. Легенды, относящиеся к Тритемию, вскоре смешались с легендами о Фаусте. Говорили, что Тритемий, подобно Фаустусу Марло, демонстрировал чудеса при дворе императора Священной Римской империи – при помощи колдовства он вызвал для Габсбурга тень его умершей жены. Как и Фаустус, Тритемий считался знатоком алхимии – и одобрял подобные слухи. Говорили также, что деньги, которые он тратил на восстановление монастыря, являлись результатом успешной алхимической трансмутации философского камня.
Агриппа и его оккультная философия
Если у литературного Фауста и Тритемия можно найти много общих черт, то еще большее сходство обнаруживается между Фаустом и самым известным учеником Тритемия, Генрихом Корнелием Агриппой фон Неттесгейм. Фаустус Марло открыто подражает Агриппе, а Гете якобы говорил, что именно Агриппа – его происхождение, личность, поведение, приключения и влияние, которое он оказал на современников, – стал прототипом главного героя его драматической поэмы. Агриппа также послужил основой для портрета мага эпохи Возрождения Зено в знаменитом романе Маргерит Юрсенар «Философский камень», вышедшем в 1968 году.
Агриппа родился в 1486 году в Кельне в семье мелкого дворянина. Он получил образование в университете родного города и окончил его экстерном, получив в 1502 году степень магистра. Не достигнув двадцати лет, он поступил на военную службу в армию императора Священной Римской империи Максимилиана I и за проявленную отвагу был посвящен в рыцари прямо на поле боя. К 1507 году он скорее всего уже познакомился с Тритемием и временно проживал в Париже, где занимался алхимическими опытами и основал тайное общество, одно из многих – по словам заслуживающих доверия комментаторов – по всей Европе. В 1509 году в возрасте двадцати трех лет он читал лекции по каббалистическому учению Рейхлина в университете Доле и продолжал заниматься алхимией. Обвинение в ереси положило конец его военной карьере, которая также включала в себя дипломатическую миссию в Англии и, возможно, шпионаж. Во время пребывания в Англии Агриппа подружился с Джоном Колетом, в доме которого он был частым гостем. В 1510 году он завершил работу над первым вариантом своего основного труда, «Оккультной философии». Агриппа показал текст книги Тритемию, и тот предостерег молодого человека от ее публикации. На протяжении следующих двадцати трех лет книга имела хождение в виде рукописи, получив известность одной своей нелегальностью. В печати она появилась только в 1533 году, значительно дополненная и расширенная.
С 1511 по 1517 год Агриппа жил в Италии, находясь на службе у императора и многих других знатных покровителей. Он читал лекции по философии герметизма в университете Павии и с увлечением изучал Каббалу. В 1518 году он написал трактат, посвященный лекарствам от чумы, которые он открыл путем алхимических опытов; эта работа была повторно издана в расширенной редакции в 1529 году. С 1518 по 1522 год он служил чиновником в муниципалитете города Мец, продолжая заниматься алхимией. В этой своей должности он однажды рисковал жизнью, «отважно защищая женщину, которую преследовали толпа и инквизитор, называвшие ее ведьмой»[151]. Затем Агриппа переехал в родной Кельн, потом в Женеву и, наконец, во Фрибург, где, несмотря на отсутствие медицинской лицензии, стал муниципальным лекарем, а также в частном порядке преподавал философию герметизма знатным горожанам. Говорят, что к 1525 году он увлекся учением Мартина Лютера. К этому времени он был уже придворным лекарем, астрологом и алхимиком Луизы Савойской, матери короля Франции Франциска I, двор которой находился в Лионе. Однако разрыв с высокой покровительницей вновь заставил Агриппу пуститься в путь – сначала в Нидерланды (где он служил лекарем), затем опять в Кельн (здесь он пользовался покровительством архиепископа), затем в Бонн и в конечном итоге назад во Францию, в Гренобль, где он и умер в бедности примерно в 1535 году.
В 1530 году, за пять лет до смерти, Агриппа опубликовал свою единственную необычную работу, «De vanitate scientiarus». В книге он говорит о «неопределенности и тщетности наук». Он обрушивается с критикой на алхимию, герметизм, Каббалу, на весь спектр дисциплин, которым он посвятил всю свою жизнь, – а также на собственные аргументы, содержащиеся в более ранней и более амбициозной работе «Оккультная философия», которая по-прежнему распространялась в рукописном виде. В настоящее время принято считать, что публичное отречение Агриппы от своих взглядов в «De vanitate scientiarus» было ложным – это просто уловка, чтобы успокоить инквизиционный пыл церковных властей и отвлечь их внимание от себя. Умиротворив своих потенциальных гонителей книгой, пропитанной ортодоксальным благочестием, Агриппа через год выпустил первое печатное издание «Оккультной философии», которая в своем расширенном и дополненном виде явно противоречила положениям «De vanitate scientiarus». Это был первый том грандиозного проекта. Второй том увидел свет в 1532 году. В 1533 году в печать был отдан полный текст «Оккультной философии», теперь состоявший уже из трех томов.
По любым меркам Агриппа был экстраординарной личностью – воплощением того, что мы теперь называем «человеком Возрождения». Он проявил себя отважным воином и человеком действия. Несмотря на то что в медицине он был самоучкой, его считали одним из самых квалифицированных лекарей своего времени. У него была репутация необыкновенно искусного богослова. Однако наибольшую славу – а также ауру загадочности и сверхъестественной силы, которая его окружала, – он заслужил как последователь герметизма, знаток астрологии, алхимии, Каббалы и магии. Он был способен продемонстрировать притягательную силу и шарм, которые обеспечили ему доступ к самым могущественным и известным личностям Европы того времени. В то же время он мог быть замкнутым, высокомерным, надменным, недружелюбным, враждебным и – не отличаясь терпимостью к глупцам – с одинаковой легкостью приобретал и врагов, и друзей. Из-за легкомысленного отношения к деньгам он часто сталкивался с финансовыми трудностями и даже провел какое-то время в брюссельской тюрьме, куда был посажен за долги. Его неприязнь к церкви, и особенно к монашеским орденам, служила причиной постоянных подозрений и неприятностей. Еще сильнее он настроил против себя церковные власти своим удивительно современным отношением к браку, женщине и сексуальности. В своей похвале браку, опубликованной в составе сборника эссе, Агриппа говорит, что основой брака должна быть любовь, а не материальная выгода, что жену следует выбирать по ее добродетелям, а не по размеру приданого, что она должна занимать в семье не подчиненное положение, а быть доверенным лицом и советчиком мужа[152]. В другом эссе, прославляющем женщину, Агриппа критикует мужчин своей эпохи и проявляет себя либо (в зависимости от точки зрения) романтиком, либо предвестником феминизма: «Разве унижение женщин является свидетельством мужественности или доказательством доблести? И это благодарность тем, кто произвел вас на свет?»[153] Он осуждает «распространившийся, подобно эпидемии, обычай недооценки женского пола и его дискредитации посредством всякого рода оскорбительных выражений и клеветнических эпитетов»[154]. В заключение он призывает: «Давайте откажемся от презрительного отношения к этому благородному полу, от отрицания его добродетелей… Пусть он займет подобающий ему высокий трон… Будем обращаться с ним с тем почтением и благоговением, которого заслуживают эти земные ангелы»[155]. Эти слова заслуживают еще большего уважения оттого, что принадлежат человеку, который был трижды женат.
Каким бы проницательным ни выглядел Агриппа в подобных вопросах, его главным произведением остается обширная «Оккультная философия», трехтомный труд, являющийся энциклопедическим собранием и толкованием эзотерических – и особенно герметических – учений. В свой монументальный трехтомный труд Агриппа попытался включить все, что было известно в его время о герметизме и магии. Или, если быть более точным, он стремился включить все, о чем было безопасно писать. В письме, датированном 1527 годом, он подчеркивает, что существуют тайные объяснения и знания, которые нельзя передать одним лишь печатным словом и которые должны передаваться устно от учителя к ученику. В этом отношении Агриппа придерживается традиции, уходящей корнями к Пифагору, к тайным школам древности и к миру александрийского синкретизма.
Подобно Зосиме и другим герметикам и алхимикам древней Александрии, Агриппа считает алхимика единственным реальным субъектом и объектом своего опыта. Для него любая алхимия, а также любая магия должны включать в себя процесс трансмутации личности: «Поэтому следует познать себя, познать все внутри себя; следует познать Бога… а также то, каким образом все связано со всем в соответствующем времени, месте, порядке, мере, пропорции и гармонии…»[156] Агриппа воспринимает материальный мир как живое, мыслящее и чувствующее целое. Для Агриппы «мир есть единое тело, частями которого являются тела всех живых существ»[157].
Он ставит веру под сомнение, настаивая не на прямом познании Божественного, а на мистическом, или «гностическом», опыте. В свете этого неудивительно, что он не признает за христианством монополии на веру: «Ритуалы и обряды религии отличаются друг от друга в зависимости от времени и места. В каждой религии есть что-то хорошее, поскольку она обращена к Богу… Не существует религии настолько ложной, что она вообще лишена мудрости»[158].
В своем главном произведении Агриппа приводит примеры многочисленных изобретений и открытий, которые он считает результатом деятельности вдохновенных магов. В ряду этих открытий стоит, к примеру, камера-обскура, а также приспособления для чтения, передачи звука и сообщений на расстоянии, в которых, вероятно, используются параболические отражатели. Он упоминает о методах изоляции тепла, которые, помимо всего прочего, позволяют человеку брать горячие угли, не испытывая боли и не причиняя себе вреда. Он говорит об экспериментах с наркотическими веществами, среди которых могли быть производные опия, кокаина и конопли.
В начале первого тома «Оккультной философии» Агриппа предлагает определение магии-. «Это наиболее совершенная и главная из всех наук, святая и возвышенная философия и… абсолютно совершенная философия»[159]. Затем он говорит о том, «что все низшее находится под управлением высших тел», чья сила может быть привлечена магом и использована на практике[160]. По мнению Агриппы, маг «является знатоком натурфилософии и математики, а также промежуточных наук, сочетающих в себе и то и другое, таких как арифметика, музыка, геометрия, оптика, астрономия, и такие предметы, как вес, меры, пропорции, сегменты и сочленения, известные также как производные от них механические науки…»[161].
Первая книга «Оккультной философии» посвящена тому, что Агриппа называет «естественной магией». Вторая книга описывает «магию небесных сфер». Третья книга посвящена «ритуальной, или божественной, магии». Из такого деления можно сделать вывод, что труд Агриппы отражает некоторую моральную прогрессию – подъем по ступенькам лестницы, которая в той или иной степени отражает христианскую иерархию ценностей. Однако содержание каждого из трех томов быстро развеивает подобные предположения. Под заголовком «естественная магия» Агриппа рассматривает четыре элемента (землю, воздух, огонь и воду), предсказание будущего в целом и астрологию в частности, планеты и их герметические аналоги. В «магию небесных сфер» он включает «геометрию, цифры, Каббалу, пентаграммы, геомантические фигуры, ангельские письмена, астрологию (вновь), талисманы, магические квадраты, знаки планет». Том «ритуальной, или божественной, магии» состоит из таких разделов, как «платонизм, Каббала, злые духи и демоны, божественные имена, символы духов».
Таким образом, прогрессия лежит совсем не в плоскости морали – в обычном значении этого слова. Это развитие от пассивности к усиливающейся активности – от интерпретации к Участию и энергичному воздействию. Это также прогрессия силы, могущества и возможностей. Под названием «символы Духов» Агриппа имеет в виду силы, обладающие апокалиптическим потенциалом – такие, которые в современном мире ассоциируются с расщеплением атома. Говоря об Агриппе, один из видных ученых современности отметил, что, «рассматривая магию, язычество и христианство как явления одного порядка, он наглядно демонстрирует, насколько опасной… была магия с точки зрения христианина»[162]. По мнению Фрэнсис Йейтс:
«Идеал мага эпохи Возрождения, «божественного» человека, наделенного силой воздействия на космос и способностью достичь универсального знания и власти – его образ очерчен в знаменитой речи Пико делла Мирандолы о достоинстве человека, – получает свою теоретическую основу у Агриппы, который написал учебник о том, как стать магом. Его «Оккультная философия» является самым известным пособием по магии эпохи Возрождения, включающим в себя магию Фичино… и каббалистическую магию, на которую впервые указал Пико и которая была развита Рейхлиным и другими каббалистами Возрождения»[163].
Фрэнсис Йейтс делает следующий вывод-.
«Мягкая, артистичная, субъективная магия Фичино, глубоко религиозная и умозрительная каббалистическая магия Пико не несут на себе никакой вины за ужасные применения магии Агриппы»[164].
Всего этого было вполне достаточно для создания определенного образа Агриппы, однако он к тому же обладал превосходным чутьем на внешние эффекты и тщательно следил за тем, какое впечатление он производит. В возрасте, слишком юном, для того чтобы считаться великим магом, он выполнял различные трюки, чтобы быть причисленным к их числу. Так, например, он вел оживленную – и иногда тайную – переписку с мыслителями и коллегами за границей, нередко из экзотических стран, а затем приписывал себе то, что они доверительно сообщали ему о демонах или духах. Он взял себе за правило везде появляться с черной собакой, поддерживая слухи о том, что за этим обликом скрывается его домашний дух. Реального Фаустуса, по слухам, тоже сопровождала собака, и этот факт еще больше способствовал отождествлению Агриппы с фигурой Фауста, разумеется, и три столетия спустя собака появилась в драматической поэме Гете как одно из обличий Мефистофеля.
При помощи подобных приемов Агриппа окружил себя завесой тайны и превратился в буквальном смысле слова в «легенду своего времени». О нем рассказывали массу вымышленных историй. Ходили слухи, что на постоялых дворах он расплачивается монетами, которые внешне выглядели как настоящие, но после его отъезда превращались в бесполезные раковины. Говорили, что у него есть магическое зеркало, в котором он способен видеть события, удаленные во времени или в пространстве. В этом зеркале граф Суррей, разлученный с женой, якобы увидел, что она тоскует по нему. В другом случае Агриппа в присутствии графа Суррея, курфюрста Саксонии, Эразма и других известных личностей якобы вызвал тень Цицерона, который (или которая) произнес перед собравшимися свою знаменитую речь.
Выдумки такого рода были типичны для окружавшей Агриппу атмосферы загадочности и для того образа, который он создавал у публики. Однако за всеми этими трюками и саморекламой шарлатана скрывался один из самых дерзких, оригинальных и мощных умов эпохи. Комментарии Агриппы к различным аспектам магии и философии герметизма и сегодня остаются основным источником информации, а влияние его книги не уменьшилось и по сей день. Невозможно читать, к примеру, Джойса или Томаса Манна, Хорхе Луиса Борхеса и Робертсона Дэвиса, а также многих других видных писателей нашего столетия, не натыкаясь на цитаты из Агриппы или на аллюзии с ним. Личность Агриппы оказалась достаточно харизматической, чтобы оставить след не только в своей эпохе, но и – в образе Фауста – в последующих столетиях.
Алхимия и медицина
Если Агриппа является олицетворением одного из обличий мага эпохи Возрождения, то другое его обличье воплощено в не менее выдающейся личности – Ауреоле Филиппе Теофрасте Парацельсе Бомбасте фон Гогенгейме, больше известном как просто Парацельс. У них с Агриппой было схожее мировоззрение, общие ценности, такие же герметические представления, однако трудно себе представить две более непохожие друг на друга личности. Если Агриппа был неприветливым, высокомерным, заносчивым, замкнутым и загадочным, то Парацельс отличался буйным темпераментом, общительностью, веселостью, склонностью к проявлению как необузданного гнева, так и привычек, напоминающих о Рабле или о шекспировском Фальстафе. Парацельс родился в 1493 году – через семь лет после Агриппы – на склонах Альп к югу от Цюриха. Умер он в 1541 году через шесть лет после Агриппы. Его отец был незаконнорожденным сыном опального швабского дворянина, бывшего командира тевтонских рыцарей, лишившегося как поместий, так и репутации. Получивший медицинское образование старший Гогенгейм хотел, чтобы сын пошел по его стопам, и Парацельс начал изучать медицину. В 1509 году в возрасте шестнадцати лет он поступил в университет Базеля. В 1513 году он покинул стены университета и отправился в путешествие, которое продлилось у него всю жизнь. В Эрфурте он познакомился с другом Пико делла Мирандолы Руфом Муцианом и поступил к нему в ученики. В 1516 году, незадолго до смерти Тритемия, Парацельс, как и гриппа, состоял учеником аббата-герметика.
Отличавшийся прямотой и агрессивностью, Парацельс быстро поссорился с медицинскими светилами своей эпохи и большую часть жизни был вынужден не только пропагандировать свои идеи, но и бороться с традиционными предрассудками влиятельных медицинских кругов. «Я задаю себе вопрос: как бы я мог научиться искусству медицины, если бы на земле не было ни одного учителя? Не существует иного способа, кроме как обратиться к великой книге природы, написанной рукой Господа»[165].
Книги Агриппы отличаются взвешенностью, беспристрастностью, отстраненностью и нередко стремлением держаться в тени. Парацельс же, наоборот, был в своих работах высокомерен, высокопарен, категоричен и претендовал на непогрешимость, а его эгоизм не знал границ. Без всякого намека на скромность или внешние приличия он критиковал взгляды на медицину Аристотеля, Галена и Авиценны, открыто заявляя о своем превосходстве над ними-.
«Я… Парацельс, утверждаю, что милостью Божией философский эликсир искали многими способами, и все эти попытки окончились одинаково. Гермес Трижды Величайший подошел к решению этой задачи своим способом… Каждый из них немного продвинулся в своем методе, но все они пришли к одному финалу. На этот раз я… наделенный Господом особыми талантами в данной области, которые каждый прочитавший этот величайший философский труд может пожелать повторить, чтобы следовать по моим стопам… посредством огня отделил правду от лжи. На этом пути был открыт свет Природы, который может показаться методом проб и ошибок, но только тому, чью дорогу освещает этот свет»[166].
Что касается влиятельных медицинских кругов той эпохи, то «древняя «Изумрудная скрижаль» содержит больше искусства и опыта в философии, алхимии, магии и тому подобном…»[167].
Открестившись от медицинских авторитетов эпохи, Парацельс принялся самостоятельно учиться искусству врачевания, создав в процессе этого обучения абсолютно новую медицинскую систему. Только в наши дни к этой системе стали относиться серьезно. Начав с основной и типично герметической предпосылки, что человек является частью природы и неотделим от нее, Парацельс попытался рассмотреть организм человека в его естественном окружении – такой подход в настоящее время называется «холистическим». Если – в соответствии с тезисом герметизма – все в этом мире взаимосвязано, то человек является микрокосмом космоса, а каждая человеческая черта, в свою очередь, является микрокосмом целого. Следовательно, человек должен рассматриваться как единое целое внутри некоего большего единого целого – живой организм, а не механизм, составленный из разных деталей. Парацельс считал, что для того, чтобы понять человеческий организм и его болезни, следует овладеть всей суммой знаний, понять весь космический контекст, в котором существует организм. Таким образом, знающий врач не может быть узким специалистом. Он должен быть также психотерапевтом (или его эквивалентом времен эпохи Возрождения), знатоком трав, ботаником, химиком, физиком, астрономом, астрологом, алхимиком, минералогом, металлургом, а также разбираться практически во всех остальных областях науки. Во всех этих знаниях главным фактором была природа – внимание к природе, наблюдение за природой, экспериментирование с природой, уважение к природе. Для Парацельса, как и для Агриппы, природный мир был живым организмом, который признавался таковым и требовал соответствующего отношения. Врачи, придерживавшиеся традиционных взглядов, не были способны понять это. Игнорируя природу, они опирались исключительно на рассуждения и логику, а иногда просто на домыслы. Парацельс говорил своим студентам в Базеле: «Врачу нужно не красноречие или знание литературного языка… а глубокое знание Природы и ее созданий… Если мне необходимо что-то доказать, я не стану цитировать авторитеты, а буду экспериментировать и рассуждать…»[168]
Для Парацельса путь к постижению тайн природы был намечен Гермесом Трижды Величайшим, а наиболее эффективным средством исследования этого пути он считал алхимию. «Алхимик, – писал он, обращаясь к известному сравнению алхимика с ботаником, – извлекает на свет то, что скрыто в природе»[169]. Медицина для него есть одна из форм алхимической магии, которая использует взаимосвязь между микрокосмом и макрокосмом. «Как врач напитывает свойствами трав больного человека и излечивает его, так и маг наделяет человека привлеченными им небесными силами»[170]. «Если маг может привлечь небесные силы и направить их в предмет… то почему мы не способны создать образы, проводящие здоровье или болезнь?»[171]
По мнению современного специалиста Аллена Дебьюса, в основе взглядов Парацельса и его последователей лежали:
«…реакция, направленная против древних авторитетов, и убеждение, что свежие наблюдения за природой могут сформировать базис для новой науки, опора на философию герметиков, неоплатоников и неопифагорейцев, а главное, особый интерес к использованию химии или алхимии как ключа… к решению более общих проблем бытия»[172].
Доктор Дебьюс делает следующий вывод:
«Этот призыв к новым исследованиям природы был тесно связан с «естественной магией» Возрождения. Действие жизненных, или магических, сил усматривалось во всех процессах, происходящих во Вселенной, а человек, являясь звеном во всеохватывающей цепочке жизни, был способен принимать участие в событиях окружающего его большого мира. Таким образом, термин «магия» начинал применяться для обозначения наблюдения и исследования необъяснимых, или оккультных, сил природы»[173].
Для того чтобы изучить великую книгу природы, Парацельс с 1513 по 1524 год предпринял путешествие по всей территории Европы. Он побывал всюду, от Испании до Восточной Европы. В России он, по всей видимости, сделался доверенным лицом татарского князя, вместе с которым посетил Константинополь. Парацельс побывал в Палестине, на Аравийском полуострове и в Александрии, где встречался и беседовал с местными магами. Говорят, он даже добрался до Индии. Во время своих странствий он часто служил военным хирургом в той или иной армии и в этом качестве присутствовал при осаде Родоса в 1522 году.
Читайте также
2. Среди историков царит разнобой мнений: кто такой «исторический Фауст» и где он родился
2. Среди историков царит разнобой мнений: кто такой «исторический Фауст» и где он родился В издании [469] в историческом комментарии, с. 271 и далее, собрано множество версий о том, кто такой «исторический Фауст», где и когда он родился. «Наименее определенны и достоверны, как
6. И еще раз о спорах, где родился Фауст
6. И еще раз о спорах, где родился Фауст Как мы уже говорили, в этом вопросе среди немецких хронистов царит полный хаос и разнобой. Бытовало много самых разных мнений. Вот одно из них. Августин Лерхеймер писал якобы в 1597 году: «Здесь я должен рассказать обстоятельно об этом
10. Будто бы Фауст мог творить всё то, что совершал Христос
10. Будто бы Фауст мог творить всё то, что совершал Христос Аббат Тритемий сообщал следующее: «Рассказывали мне еще священники этого города, что в присутствии многих он (Фауст — Авт.) хвастался таким знанием всех наук и такой памятью, что если бы все труды Платона и
12. Фауст полубог
12. Фауст полубог Муциан Руф, якобы в 1513 году, сообщает: «В Эрфурт прибыл некий хиромант по имени Георгий Фауст, гейдельбергский ПОЛУБОГ, истинный хвастун и глупец. Искусство его, как и прочих прорицателей, дело пустое», с. 10.Этот фрагмент вызывает напряжение у современных
14. Фауст, как и Христос, мог предвидеть будущее
14. Фауст, как и Христос, мог предвидеть будущее Согласно Евангелиям, Иисус обладал даром предсказания, он предвидел будущее. Так, например, он знает заранее об обстоятельствах своей смерти, наперед знает о предательстве Иуды, об отречении апостола Петра и т. д. Искаженные
15. Фауст, как и Христос, излечивал недуги, был врачом
15. Фауст, как и Христос, излечивал недуги, был врачом Христос совершил много чудес, исцелял людей, изгонял бесов, воскрешал мертвых. Его вполне могли именовать великим врачом. Об императоре Андронике-Христе сообщалось также, что он был выдающимся врачом, ученым,
22. Фауст совершил много чудес
22. Фауст совершил много чудес Другие хронисты, напротив, подчеркивали положительные свойства Фауста, что он — замечательный врач, спасший много людей, что он был выдающимся ученым, астрономом, астрологом, предсказателем, создателем календаря и т. п.В хронике якобы около
25. Фауст был крупным философом и ученым
25. Фауст был крупным философом и ученым Филипп Бегарди сообщал якобы в 1539 году: «Был еще один знаменитый и отчаянный человек… Несколько лет тому назад он странствовал по всем землям, княжествам и королевствам, похваляясь своим великим искусством не только во врачевании,
27. Фауст и его вино на пиру Изобретение водки Андроником-Христом и пир в Кане Галилейской
27. Фауст и его вино на пиру Изобретение водки Андроником-Христом и пир в Кане Галилейской В книге «Царь Славян», гл. 2:60, мы показали, что знаменитое чудо в Кане Галилейской — это изобретение русской водки Андроником-Христом. Этот факт отразился и в жизнеописании
29. Фауст и Иоанн Вагнер были очень богаты
29. Фауст и Иоанн Вагнер были очень богаты Император Андроник-Христос (он же великий ордынский князь Андрей Боголюбский), как и его ученик Иоанн, были, ясное дело, богатыми людьми. Согласно византийским источникам, например по Никите Хониату, Андроник был окружен
32. Андроник-Христос посетил много стран Фауст тоже путешествовал по многим землям
32. Андроник-Христос посетил много стран Фауст тоже путешествовал по многим землям В Евангелиях говорится, что Иисус много путешествовал. Аналогично, в книге «Царь Славян» мы показали, что император Андроник (князь Андрей Боголюбский, он же апостол Андрей Первозванный)
34. Фауст-Христос и астрономическая система мира Птолемея
34. Фауст-Христос и астрономическая система мира Птолемея В книгах «Звезды» и «Царь Славян» мы показали, что знаменитый звездный каталог в «Альмагесте» Клавдия Птолемея был создан в эпоху X–XII веков и считался Царским каталогом. Скорее всего, его связывали с императором
54. Распятие Христа на кресте-древе, а Фауст «сидит» на большом стволе дерева
54. Распятие Христа на кресте-древе, а Фауст «сидит» на большом стволе дерева Христос был распят на деревянном кресте. Как мы уже неоднократно отмечали, в христианских текстах бытовало также выражение: «вознесен на древо». Согласно другим версиям истории Иисуса, которых
64. Фауст-Христос был автором нескольких книг Его жизнь была описана его учеником
64. Фауст-Христос был автором нескольких книг Его жизнь была описана его учеником Как мы показали в книге «Царь Славян», сам Андроник-Христос (он же частично царь Давид) был автором библейской книги Псалтирь. См. нашу главу под названием «Царь Давыд-Христос — автор
ФАУСТ ПРОДАЛ ДУШУ МЕФИСТОФЕЛЮ, А МАРЛО — ФАУСТУ
ФАУСТ ПРОДАЛ ДУШУ МЕФИСТОФЕЛЮ, А МАРЛО — ФАУСТУ Знаменитый маг Фауст погибает таинственной смертью в гостинице. Полвека спустя в гостинице находят труп Кристофера Марло, написавшего пьесу о нем.Трагедия в ВюртембергеВ 1540 году поздней осенней ночью небольшую гостиницу в